Рецензии
РецензияАлександра Калугина
Антиутопия от Paco Rabanne.
Далекое-далекое будущее. После эпидемии, охватившей всю планету, ее население разделилось на две категории граждан: инфицированные гемофаги (они же вампиры) и люди, чудом спасшиеся от беспощадной инфекции. Тоталитарное общество, возглавляемое неким жестоким тираном, стремится оградить себя от опасности заражения, изолировав всех гемофагов в специально мозданных концентрационных лагерях. Но подобное «гуманное» решение всех проблем осложняется тем, что болезнь наделила вампиров-гемофагов нечеловеческими силой и ловкостью, и они, абсолютно не согласные со столь несправедливой дискриминацией, объявляют повстанческую войну всему человечеству, избежавшему участи заражения. Такова предыстория.
В центре сюжета — представительница вампирской расы — супер-мега-тетка, затянутая в кожу, с фиолетовыми волосами (иногда меняющими свой цвет по мановению волшебной кнопки) и лицом Милы Йовович. Как и положено всем мега-супер-теткам, Вайолет (так зовут героиню) крушит сотнями не только здоровенных спецназовцев, но и своих собратьев по гемофагству, обладающих по идее ничуть не меньшими способностями, чем и ее собственные. А поводом к этому глобальному истреблению лиц мужского пола оказывается загадочный ребенок, которого Вайолет, обуреваемая проснувшимся материнским инстинктом, пытается спасти как от представителей людской власти, так и от военизированной банды вампиров. Ибо ребенок этот вовсе не ребенок, а сверхсекретное генетическое оружие…
«Ультрафиолет», снятый в духе боевичков «Блейд» и «Другой мир», отличается от них прежде всего обилием нескрываемой компьютерной графики, из-за которой фильм становится больше похожим на видеоигру, нежели на кинематографическое произведение. Быть может, именно поэтому на главную роль была выбрана Мила Йовович, уже успевшая сыграть в двухсерийной экранизации компьютерной эпопеи «Resident Evil».
Помимо новаций в компьютерной графике, фильм определенно можно считать находкой в области рекламного бизнеса. Если ранее «продактплейсменту» уделялись весьма скромные минуты от общего хронометража, то имя спонсора данной картины — линяя туалетной воды «Ultraviolet» от Paco Rabanne — вынесено прямо в ее название. Таким образом получившийся фильм можно рассматривать как 88-минутный рекламный ролик, а Милу Йовович по праву считать лицом дизайнерского дома Paco Rabanne.
И, быть может, уже недалек тот день, когда войдут в моду полнометражные рекламные ролики, телевизионный показ которых уже не будет нужды прерывать на коммерческие паузы. И искусство тогда станет лишь одной из форм этого мощнейшего двигателя торговли. Но это лишь в ближайшем будущем…
Антиутопия от Paco Rabanne.
Далекое-далекое будущее. После эпидемии, охватившей всю планету, ее население разделилось на две категории граждан: инфицированные гемофаги (они же вампиры) и люди, чудом спасшиеся от беспощадной инфекции. Тоталитарное общество, возглавляемое неким жестоким тираном, стремится оградить себя от опасности заражения, изолировав всех гемофагов в специально мозданных концентрационных лагерях. Но подобное «гуманное» решение всех проблем осложняется тем, что болезнь наделила вампиров-гемофагов нечеловеческими силой и ловкостью, и они, абсолютно не согласные со столь несправедливой дискриминацией, объявляют повстанческую войну всему человечеству, избежавшему участи заражения. Такова предыстория.
В центре сюжета — представительница вампирской расы — супер-мега-тетка, затянутая в кожу, с фиолетовыми волосами (иногда меняющими свой цвет по мановению волшебной кнопки) и лицом Милы Йовович. Как и положено всем мега-супер-теткам, Вайолет (так зовут героиню) крушит сотнями не только здоровенных спецназовцев, но и своих собратьев по гемофагству, обладающих по идее ничуть не меньшими способностями, чем и ее собственные. А поводом к этому глобальному истреблению лиц мужского пола оказывается загадочный ребенок, которого Вайолет, обуреваемая проснувшимся материнским инстинктом, пытается спасти как от представителей людской власти, так и от военизированной банды вампиров. Ибо ребенок этот вовсе не ребенок, а сверхсекретное генетическое оружие…
«Ультрафиолет», снятый в духе боевичков «Блейд» и «Другой мир», отличается от них прежде всего обилием нескрываемой компьютерной графики, из-за которой фильм становится больше похожим на видеоигру, нежели на кинематографическое произведение. Быть может, именно поэтому на главную роль была выбрана Мила Йовович, уже успевшая сыграть в двухсерийной экранизации компьютерной эпопеи «Resident Evil».
Помимо новаций в компьютерной графике, фильм определенно можно считать находкой в области рекламного бизнеса. Если ранее «продактплейсменту» уделялись весьма скромные минуты от общего хронометража, то имя спонсора данной картины — линяя туалетной воды «Ultraviolet» от Paco Rabanne — вынесено прямо в ее название. Таким образом получившийся фильм можно рассматривать как 88-минутный рекламный ролик, а Милу Йовович по праву считать лицом дизайнерского дома Paco Rabanne.
И, быть может, уже недалек тот день, когда войдут в моду полнометражные рекламные ролики, телевизионный показ которых уже не будет нужды прерывать на коммерческие паузы. И искусство тогда станет лишь одной из форм этого мощнейшего двигателя торговли. Но это лишь в ближайшем будущем…
0
РецензияНатальи Осиповой
Белый и черный, плохой и хороший
Пивная вечеринка по случаю премьеры фильма «16 кварталов» в кинотеатре «Горизонт» прошла с успехом. Было весело, интересно и жизнерадостно. В фойе кинотеатра играла музыка, зрители наслаждались акробатическими танцами в исполнении группы «Регтайм», а обаятельный ведущий разыгрывал среди собравшихся различные призы от сети кинотеатров «Формула кино». Атмосфера была настолько теплой и согревающей, то все невеселые мысли уходили на задний план. Зрители веселились и получали заряд хорошего настроения.
И все же… самым запоминающимся событием этого чудесного вечера стал просмотр нового боевика «16 кварталов» с Брюсом Уиллисом в главной роли.
В одно недоброе утро, детективу Джеку Мосли, чья ночная тяжелая смена уже подошла к концу, отдают приказ – конвоировать в зал суда мелкого жулика Эдди Банкера. Задача, на первый взгляд, ерундовая. Посадить в машину преступника, проделать недолгий путь в 16 кварталов, сдать с рук на руки обвинителю и все… Но все ли?
Естественно, Эдди оказывается тем нежелательным свидетелем, которые готов дать показания против «оборотней в погонах». Естественно, плохие полицейские хотят убрать говорящую бомбу и предпримут все для того, чтобы путь в здание суда стал для Банкера последним. И, естественно, Джек Морис, единственным желание которого было добраться до дома и выпить, не потерпит несправедливость. В результате, эти двое (почти спившийся полицейский-неудачник и мошенник-искатель справедливости) начинают борьбу против продажных служителей закона.
«16 кварталов» мог бы стать обычным проходным голливудским боевиком с плохими и хорошими парнями, с перестрелкой, заложниками и хэппи-эндом во весь экран, если бы не попытка режиссера покопаться в душах и сердцах своих героев, проанализировать их поведение, показать, что может случиться, когда вдруг заговорит совесть. Психологический фильм, сравнивающий и сопоставляющий двух главный героев, с одной стороны таких разных, а с другой очень похожих друг на друга, держит в напряжении. Полицейский и вор, человек, потерявший вкус к жизни и человек, мечтающий изменить свое существование. Случай столкнул их на короткие 118 минут, но эти минуты стали самыми важными в их жизнях. Слишком много событий произошло, на слишком много вопросов пришлось ответить, слишком много испытать.
Развития сюжета и анализа отношений героев хватило бы на то, чтобы фильм стал интересен зрителям. Но создатели решили сделать не просто хорошее, а очень хорошее кино. И наряду с отличной актерской работой, интересной детективной завязкой и тщательным рассмотрением характеров героев, нельзя не отметить мелодичный, проникновенный саундтрек. Музыка, то создающая напряжение, то успокаивающая, то навевающая грусть, то заставляющая расслабиться – тоже герой фильма.
Вот и получилось, что, настраивая себя на просмотр обычного средненького боевика с любимым актером в главной роли, автор этих слов сильно ошиблась. И вместо просто хорошо проведенного времени, получила просто отличное кино и отличный вечер. Того же хочется пожелать и всем остальным кинозрителям.
Приятного просмотра!
Белый и черный, плохой и хороший
Пивная вечеринка по случаю премьеры фильма «16 кварталов» в кинотеатре «Горизонт» прошла с успехом. Было весело, интересно и жизнерадостно. В фойе кинотеатра играла музыка, зрители наслаждались акробатическими танцами в исполнении группы «Регтайм», а обаятельный ведущий разыгрывал среди собравшихся различные призы от сети кинотеатров «Формула кино». Атмосфера была настолько теплой и согревающей, то все невеселые мысли уходили на задний план. Зрители веселились и получали заряд хорошего настроения.
И все же… самым запоминающимся событием этого чудесного вечера стал просмотр нового боевика «16 кварталов» с Брюсом Уиллисом в главной роли.
В одно недоброе утро, детективу Джеку Мосли, чья ночная тяжелая смена уже подошла к концу, отдают приказ – конвоировать в зал суда мелкого жулика Эдди Банкера. Задача, на первый взгляд, ерундовая. Посадить в машину преступника, проделать недолгий путь в 16 кварталов, сдать с рук на руки обвинителю и все… Но все ли?
Естественно, Эдди оказывается тем нежелательным свидетелем, которые готов дать показания против «оборотней в погонах». Естественно, плохие полицейские хотят убрать говорящую бомбу и предпримут все для того, чтобы путь в здание суда стал для Банкера последним. И, естественно, Джек Морис, единственным желание которого было добраться до дома и выпить, не потерпит несправедливость. В результате, эти двое (почти спившийся полицейский-неудачник и мошенник-искатель справедливости) начинают борьбу против продажных служителей закона.
«16 кварталов» мог бы стать обычным проходным голливудским боевиком с плохими и хорошими парнями, с перестрелкой, заложниками и хэппи-эндом во весь экран, если бы не попытка режиссера покопаться в душах и сердцах своих героев, проанализировать их поведение, показать, что может случиться, когда вдруг заговорит совесть. Психологический фильм, сравнивающий и сопоставляющий двух главный героев, с одной стороны таких разных, а с другой очень похожих друг на друга, держит в напряжении. Полицейский и вор, человек, потерявший вкус к жизни и человек, мечтающий изменить свое существование. Случай столкнул их на короткие 118 минут, но эти минуты стали самыми важными в их жизнях. Слишком много событий произошло, на слишком много вопросов пришлось ответить, слишком много испытать.
Развития сюжета и анализа отношений героев хватило бы на то, чтобы фильм стал интересен зрителям. Но создатели решили сделать не просто хорошее, а очень хорошее кино. И наряду с отличной актерской работой, интересной детективной завязкой и тщательным рассмотрением характеров героев, нельзя не отметить мелодичный, проникновенный саундтрек. Музыка, то создающая напряжение, то успокаивающая, то навевающая грусть, то заставляющая расслабиться – тоже герой фильма.
Вот и получилось, что, настраивая себя на просмотр обычного средненького боевика с любимым актером в главной роли, автор этих слов сильно ошиблась. И вместо просто хорошо проведенного времени, получила просто отличное кино и отличный вечер. Того же хочется пожелать и всем остальным кинозрителям.
Приятного просмотра!
0
РецензияАлександра Калугина
Евангелие от Абеля Феррары.
Так уж повелось, что практически каждый фильм, затрагивающий религиозную тематику, но не являющийся дословным пересказом канонических писаний, вызывал бурные скандалы в обществе и протесты со стороны официальных представителей церкви. Бунуэлевский «Золотой век», сценарий к которому, кстати, был написан им в соавторстве с Сальвадором Дали, за кощунственное изображение католической церкви запретили к показу на целых 50 лет. Пьер Паоло Пазолини, впоследствии экранизировавший «Евангелие от Матфея», за год до этого был вынужден защищать в суде свою комическую картину «Овечий сыр», обвиненную в оскорблении религиозных чувств. Философская кинопритча «Последние искушение Христа» М.Скорсезе, поставленная по роману греческого писателя Н.Казанцакеса, спровоцировала ряд террористических актов со стороны католических фанатиков, протестовавших против ее показа в кинотеатрах. Даже «Страсти Христовы» М.Гибсона, одобренные самим Римским Папой, вызвали немалую шумиху, связанную со смертью прямо в зрительном зале женщины, чье сердце, возможно, не выдержало чрезмерно натуралистичной жестокости фильма. Не обошлось и без скандалов вокруг непритязательной религиозно-сатирической «Догмы» К.Смита, а с «детским» мультсериалом «Южный парк» не единожды судился сам Ватикан, где, видимо, смотреть мультики любят не меньше, чем участвовать в судебных процессах с представителями кинематографического мира.
В центре сюжета «Марии» — три человека и один фильм, меняющий роковым образом судьбу каждого из них. Режиссер, актриса и тележурналист. Три очень разных души и три совсем не похожих веры в одного и того же Бога.
Режиссер, некое абстрактное воплощение всех тех творческих свободолюбцев, что осмелились когда-либо плыть против течения, снимает заведомо скандальный фильм о Христе и его учениках, взяв за основу апокрифическое Евангелие от Марии Магдалины. То ли жаждущий скандальной славы, то ли возомнивший себя пророком, несущим новую правду, он, словно в экстазе, заводит кинопроектор в зале, мгновенно опустевшем после звонка телефонных террористов. «Есть только одна бомба, и она в ваших сердцах»,— выкрикивает он в полубреду фразу, которая вполне могла принадлежать и М.Скорсезе, оказавшемуся когда-то в схожей ситуации.
Актриса, играющая в фильме роль Марии Магдалины, подобно своему персонажу, отрекается от прошлой жизни, оставшись после съемок в Иерусалиме. Она бесцельно бродит по его древним улочкам, пытаясь найти то ли Бога, то ли саму себя, постепенно сливаясь с многонациональной и разнорелигиозной толпой города, сотрясаемого взрывами террористических актов.
Тележурналист, ведущий программу о Христе, в определенный момент задается вопросом о собственном отношении к религии. Он, словно ветхозаветный Иов, которого Бог лишил всего самого дорогого, только ради того, чтобы испытать его веру, плачет над инкубатором своего только что родившегося и уже умирающего ребенка. А с губ его срывается извечный, как сам мир, вопрос: «Если Он любит меня, то за что посылает эти мучения?»
Вряд ли работу Абеля Феррары можно назвать скандальной или провокационной. Нельзя ее считать и вызовом религиозным догматам. Скорее это тонкое, поражающее своей глубиной и психологизмом, исследование человеческой души в ее непрерывном стремлении к божественным идеалам. Почти как у Достоевского. Кстати сказать, случайно это или нет, но братьев Карамазовых тоже было трое. Свободолюбивый Дмитрий, сумнящийся Иван, смиренный Алексей. У Феррары эти же эпитеты можно с легкостью приписать соответственно режиссеру, журналисту, актрисе.
Как и русскому классику, создателю «Марии» спасение видится не в слепом следовании христианским или каким-либо еще догматам, а в общечеловеческой любви. Путь же к Богу (согласно Ферраре и самому Евангелию от Марии Магдалины, причисленному Ватиканом по вполне понятным причинам к ереси) лежит не через церковь, а через собственное сердце.
Евангелие от Абеля Феррары.
Так уж повелось, что практически каждый фильм, затрагивающий религиозную тематику, но не являющийся дословным пересказом канонических писаний, вызывал бурные скандалы в обществе и протесты со стороны официальных представителей церкви. Бунуэлевский «Золотой век», сценарий к которому, кстати, был написан им в соавторстве с Сальвадором Дали, за кощунственное изображение католической церкви запретили к показу на целых 50 лет. Пьер Паоло Пазолини, впоследствии экранизировавший «Евангелие от Матфея», за год до этого был вынужден защищать в суде свою комическую картину «Овечий сыр», обвиненную в оскорблении религиозных чувств. Философская кинопритча «Последние искушение Христа» М.Скорсезе, поставленная по роману греческого писателя Н.Казанцакеса, спровоцировала ряд террористических актов со стороны католических фанатиков, протестовавших против ее показа в кинотеатрах. Даже «Страсти Христовы» М.Гибсона, одобренные самим Римским Папой, вызвали немалую шумиху, связанную со смертью прямо в зрительном зале женщины, чье сердце, возможно, не выдержало чрезмерно натуралистичной жестокости фильма. Не обошлось и без скандалов вокруг непритязательной религиозно-сатирической «Догмы» К.Смита, а с «детским» мультсериалом «Южный парк» не единожды судился сам Ватикан, где, видимо, смотреть мультики любят не меньше, чем участвовать в судебных процессах с представителями кинематографического мира.
В центре сюжета «Марии» — три человека и один фильм, меняющий роковым образом судьбу каждого из них. Режиссер, актриса и тележурналист. Три очень разных души и три совсем не похожих веры в одного и того же Бога.
Режиссер, некое абстрактное воплощение всех тех творческих свободолюбцев, что осмелились когда-либо плыть против течения, снимает заведомо скандальный фильм о Христе и его учениках, взяв за основу апокрифическое Евангелие от Марии Магдалины. То ли жаждущий скандальной славы, то ли возомнивший себя пророком, несущим новую правду, он, словно в экстазе, заводит кинопроектор в зале, мгновенно опустевшем после звонка телефонных террористов. «Есть только одна бомба, и она в ваших сердцах»,— выкрикивает он в полубреду фразу, которая вполне могла принадлежать и М.Скорсезе, оказавшемуся когда-то в схожей ситуации.
Актриса, играющая в фильме роль Марии Магдалины, подобно своему персонажу, отрекается от прошлой жизни, оставшись после съемок в Иерусалиме. Она бесцельно бродит по его древним улочкам, пытаясь найти то ли Бога, то ли саму себя, постепенно сливаясь с многонациональной и разнорелигиозной толпой города, сотрясаемого взрывами террористических актов.
Тележурналист, ведущий программу о Христе, в определенный момент задается вопросом о собственном отношении к религии. Он, словно ветхозаветный Иов, которого Бог лишил всего самого дорогого, только ради того, чтобы испытать его веру, плачет над инкубатором своего только что родившегося и уже умирающего ребенка. А с губ его срывается извечный, как сам мир, вопрос: «Если Он любит меня, то за что посылает эти мучения?»
Вряд ли работу Абеля Феррары можно назвать скандальной или провокационной. Нельзя ее считать и вызовом религиозным догматам. Скорее это тонкое, поражающее своей глубиной и психологизмом, исследование человеческой души в ее непрерывном стремлении к божественным идеалам. Почти как у Достоевского. Кстати сказать, случайно это или нет, но братьев Карамазовых тоже было трое. Свободолюбивый Дмитрий, сумнящийся Иван, смиренный Алексей. У Феррары эти же эпитеты можно с легкостью приписать соответственно режиссеру, журналисту, актрисе.
Как и русскому классику, создателю «Марии» спасение видится не в слепом следовании христианским или каким-либо еще догматам, а в общечеловеческой любви. Путь же к Богу (согласно Ферраре и самому Евангелию от Марии Магдалины, причисленному Ватиканом по вполне понятным причинам к ереси) лежит не через церковь, а через собственное сердце.
0
РецензияНатальи Осиповой
Другой
Не успели умолкнуть споры вокруг драмы «Горбатая гора», повествующей о гомосексуальной любви двух ковбоев. Противники и сторонники показа однополых отношений еще скрещивают виртуальные шпаги, а на экраны выходит новый провокационный фильм. На этот раз кинозритель будет наблюдать за жизнью трансвестита, за его переживаниями и радостями, поражениями и победами, любовью и ненавистью.
Ирландия конца шестидесятых годов прошлого столетия. Пуританская, консервативная страна с многовековым укладом и привычками на пороге преобразований. В маленьком провинциальном городке у приходского священника и его экономки рождается сын Патрик. Ребенок, который по закону никогда не должен был появиться на свет. Ребенок, которого отец никогда не признает, а мать, то ли от страха, то ли от безысходности, оставляет на ступенях церкви.
Брошенный ребенок начинает свое путешествие в большую жизнь. Его отдают на воспитание в многодетную семью, но, в отличие от своих новоиспеченных братье и сестер, Патрик не испытывает ни зла, ни зависти к окружающим, готов всех любить и всем угождать, да и просто смотрит на мир широко открытыми глазами. А, становясь взрослее, он начинает замечать, что носить женские вещи нравится ему намного больше, чем мужские, да и в душе он скорее очаровательная девушка, нежели сильный юноша. Патрик превращается в Киттен.
Провинциальный городок, естественно, не понимает и не принимает подобное поведение одного из обитателей. За исключением немногих друзей, нашему герою не с кем общаться. К тому же он полон решимости найти свою мать, желанием посмотреть мир и обрести собственное «я», понять наконец-то, кто он на самом деле и какого его место в жизни. А нам, зрителям, останется лишь наблюдать историю жизни очаровательного, доброго неунывающего человека в попытках простого земного счастья.
Наверное, самым большим достоинством фильма «Завтрак на Плутоне» является атмосфера беспричинного, всепоглощающего хорошего настроения, возникающая после просмотра. Патрик (Киттен) так стремиться быть счастливым, что зритель просто не может не заразиться его жизнерадостностью и искренностью. А отличная операторская работа, благодаря которой на экране мелькают милые глазу пейзажи, красивые лица, завораживающие интерьеры тоже добавляет ощущения легкости и приятности. А очень важный, затрагиваемый в фильме вопрос, как, выделяясь по каким-то внешним (или любым другим) качествам из обычной толпы, будучи презираемым и гонимым большинством обывателей, остаться человеком с большой буквы, сохранив свои душевные и личностные качества, делает фильм интересным не только для органов чувств, но и для ума.
И последнее. Премьера этого произведения искусства состоится в кинотеатре «Люксор» 17 апреля в 20.00. Вечер обещает быть необычайно интересным.
Приятно просмотра!
Другой
Не успели умолкнуть споры вокруг драмы «Горбатая гора», повествующей о гомосексуальной любви двух ковбоев. Противники и сторонники показа однополых отношений еще скрещивают виртуальные шпаги, а на экраны выходит новый провокационный фильм. На этот раз кинозритель будет наблюдать за жизнью трансвестита, за его переживаниями и радостями, поражениями и победами, любовью и ненавистью.
Ирландия конца шестидесятых годов прошлого столетия. Пуританская, консервативная страна с многовековым укладом и привычками на пороге преобразований. В маленьком провинциальном городке у приходского священника и его экономки рождается сын Патрик. Ребенок, который по закону никогда не должен был появиться на свет. Ребенок, которого отец никогда не признает, а мать, то ли от страха, то ли от безысходности, оставляет на ступенях церкви.
Брошенный ребенок начинает свое путешествие в большую жизнь. Его отдают на воспитание в многодетную семью, но, в отличие от своих новоиспеченных братье и сестер, Патрик не испытывает ни зла, ни зависти к окружающим, готов всех любить и всем угождать, да и просто смотрит на мир широко открытыми глазами. А, становясь взрослее, он начинает замечать, что носить женские вещи нравится ему намного больше, чем мужские, да и в душе он скорее очаровательная девушка, нежели сильный юноша. Патрик превращается в Киттен.
Провинциальный городок, естественно, не понимает и не принимает подобное поведение одного из обитателей. За исключением немногих друзей, нашему герою не с кем общаться. К тому же он полон решимости найти свою мать, желанием посмотреть мир и обрести собственное «я», понять наконец-то, кто он на самом деле и какого его место в жизни. А нам, зрителям, останется лишь наблюдать историю жизни очаровательного, доброго неунывающего человека в попытках простого земного счастья.
Наверное, самым большим достоинством фильма «Завтрак на Плутоне» является атмосфера беспричинного, всепоглощающего хорошего настроения, возникающая после просмотра. Патрик (Киттен) так стремиться быть счастливым, что зритель просто не может не заразиться его жизнерадостностью и искренностью. А отличная операторская работа, благодаря которой на экране мелькают милые глазу пейзажи, красивые лица, завораживающие интерьеры тоже добавляет ощущения легкости и приятности. А очень важный, затрагиваемый в фильме вопрос, как, выделяясь по каким-то внешним (или любым другим) качествам из обычной толпы, будучи презираемым и гонимым большинством обывателей, остаться человеком с большой буквы, сохранив свои душевные и личностные качества, делает фильм интересным не только для органов чувств, но и для ума.
И последнее. Премьера этого произведения искусства состоится в кинотеатре «Люксор» 17 апреля в 20.00. Вечер обещает быть необычайно интересным.
Приятно просмотра!
0
РецензияАлександра Калугина
Сказка ФМ.
«Люди встречаются, люди влюбляются…» — пелось в известной отечественной песенке прошлых лет. Вот только чаще всего бывает так, что люди, казалось бы, способные стать той самой утопической идеальной парой, встретившись, скажем, на пешеходном переходе, в метро или на набережной городского канала, не узнают друг друга, продолжая каждый свой путь и даже не догадываясь о том счастливом будущем, которое еще пару секунд назад было бы таким возможным, произойди все иначе.
И если в давние времена единственным средством связи между понравившимися друг другу людьми и одновременно поводом для их знакомства служил носовой платок, который игриво рассеянная дама теряла на глазах у симпатичного ей кавалера, заставляя его впоследствии ломать голову над разгадкой таинственных вышитых инициалов, то современные девушки чаще всего теряют мобильные телефоны. А некоторые современные молодые люди, подобрав сей незаменимый атрибут жизни в XXI веке, вовсе не спешат выкидывать из него SIM-карту и продавать находку на ближайшем радиорынке, наоборот, тратят уйму времени на то, чтобы вернуть мобильник в руки его законной обладательницы, попутно рисуя в своем воображении ее неповторимый образ и, быть может, даже влюбляясь в его туманную виртуальность.
Таков примерно и сюжет «второго фильма года». Она несчастлива в еще не наступившей семейной жизни. Он в скором времени собирается покинуть Питер навсегда. Она теряет свой мобильник, он его находит. Он пытается вернуть ей телефон, но она хронически опаздывает на встречи. Они блуждают по питерским улицам, любуясь родным или почти родным городом так, будто видят его в первый и последний раз, насвистывают до боли знакомую мелодию в ночной тишине городских каналов или просто сидят на парапете моста, беззаботно свесив вниз ноги. Рано или поздно, но они обязательно встретятся или, быть может, не встретятся никогда…
Нечто подобное было и в «Удаленном доступе» Светланы Проскуриной, но если там герои были изначально обречены не увидеть друг друга, так и оставшись лишь голосами в телефонной трубке, то позитивная романтика «Питер ФМ» больше напоминает неповторимую легкость «Чункинского экспресса» Вонга Кар Вая, растаявшую под потолком вместе с клубами сигаретного дыма в его же «Любовном настроении». Это поэзия самого начального этапа, когда еще нет ни чувств, ни ярко выраженной формы, а есть только предчувствие. Предчувствие чего-то невесомого, растворенного в свежем весеннем воздухе, тихо, почти беззвучно нашептывающее нежно-теплым ветерком о грядущих переменах где-то там, в лазурной синеве показавшегося на горизонте лета.
«Питер ФМ», снятый в лучших традициях «Прогулки» Алексея Учителя и «Займемся любовью» Дениса Евстигнеева, — это конечно же сказка, но сказка добрая, оптимистичная, веющая с экрана прохладой питерских каналов и искренней любовью ее создателей к городу, названному когда-то Северной Венецией.
Счастливый ли финал у сказки? Возможно, да. Возможно, нет. Как и набоковская «Машенька», эта картина лишь о потенциальной возможности счастья. Счастья, которое иногда совсем незаметно проходит мимо нас в толпе безымянных пешеходов и исчезает навсегда за поворотом соседней улицы.
Сказка ФМ.
«Люди встречаются, люди влюбляются…» — пелось в известной отечественной песенке прошлых лет. Вот только чаще всего бывает так, что люди, казалось бы, способные стать той самой утопической идеальной парой, встретившись, скажем, на пешеходном переходе, в метро или на набережной городского канала, не узнают друг друга, продолжая каждый свой путь и даже не догадываясь о том счастливом будущем, которое еще пару секунд назад было бы таким возможным, произойди все иначе.
И если в давние времена единственным средством связи между понравившимися друг другу людьми и одновременно поводом для их знакомства служил носовой платок, который игриво рассеянная дама теряла на глазах у симпатичного ей кавалера, заставляя его впоследствии ломать голову над разгадкой таинственных вышитых инициалов, то современные девушки чаще всего теряют мобильные телефоны. А некоторые современные молодые люди, подобрав сей незаменимый атрибут жизни в XXI веке, вовсе не спешат выкидывать из него SIM-карту и продавать находку на ближайшем радиорынке, наоборот, тратят уйму времени на то, чтобы вернуть мобильник в руки его законной обладательницы, попутно рисуя в своем воображении ее неповторимый образ и, быть может, даже влюбляясь в его туманную виртуальность.
Таков примерно и сюжет «второго фильма года». Она несчастлива в еще не наступившей семейной жизни. Он в скором времени собирается покинуть Питер навсегда. Она теряет свой мобильник, он его находит. Он пытается вернуть ей телефон, но она хронически опаздывает на встречи. Они блуждают по питерским улицам, любуясь родным или почти родным городом так, будто видят его в первый и последний раз, насвистывают до боли знакомую мелодию в ночной тишине городских каналов или просто сидят на парапете моста, беззаботно свесив вниз ноги. Рано или поздно, но они обязательно встретятся или, быть может, не встретятся никогда…
Нечто подобное было и в «Удаленном доступе» Светланы Проскуриной, но если там герои были изначально обречены не увидеть друг друга, так и оставшись лишь голосами в телефонной трубке, то позитивная романтика «Питер ФМ» больше напоминает неповторимую легкость «Чункинского экспресса» Вонга Кар Вая, растаявшую под потолком вместе с клубами сигаретного дыма в его же «Любовном настроении». Это поэзия самого начального этапа, когда еще нет ни чувств, ни ярко выраженной формы, а есть только предчувствие. Предчувствие чего-то невесомого, растворенного в свежем весеннем воздухе, тихо, почти беззвучно нашептывающее нежно-теплым ветерком о грядущих переменах где-то там, в лазурной синеве показавшегося на горизонте лета.
«Питер ФМ», снятый в лучших традициях «Прогулки» Алексея Учителя и «Займемся любовью» Дениса Евстигнеева, — это конечно же сказка, но сказка добрая, оптимистичная, веющая с экрана прохладой питерских каналов и искренней любовью ее создателей к городу, названному когда-то Северной Венецией.
Счастливый ли финал у сказки? Возможно, да. Возможно, нет. Как и набоковская «Машенька», эта картина лишь о потенциальной возможности счастья. Счастья, которое иногда совсем незаметно проходит мимо нас в толпе безымянных пешеходов и исчезает навсегда за поворотом соседней улицы.
0
РецензияФедора Хром
«ПРИТОРНЫЙ ЦУКЕР»
В своё время «Очень Страшное Кино» наделало немало шума, став возможно самым беспардонным фильмом конца предыдущего десятилетия. Кроме того, это была ещё и одна из немногих раскрученных картин, представлявших собой ассорти из пародий на все последние достижения Голливуда. Редкий жанр, искромётный чёрный юмор и море пошлости привели к потрясающему успеху – сборы превысили отметку в 300 тысяч долларов! Но уже один только факт выхода четвёртой части какого-либо фильма вызывает у понимающего зрителя истерический смех. Впрочем, для комедии подобное возможно ещё не так плохо. Сиквел вообще вещь по умолчанию сомнительная. А уж сиквел в кубе… В памяти сразу же всплывает загадочный четвёртый «Робокоп», в котором «железный дровосек» Мёрфи влюбился в компьютер… женского пола...
Впрочем, волнений за качество сюжета именно в случае с «Очень Страшным Кино 4» не было. Хотя бы потому, что, по большому счёту и в стартовой картине серии сюжет отсутствовал. Однако шесть лет назад за работой Кинена Уайанса в режиссёрском кресле наблюдать, наверняка, было весьма интересно – лёгкость, с которой он одну за другой снимал случайный набор сцен, не обращая внимания на связность событий, у кого-то могла вызвать весьма неожиданную мысль: «А уж не гений ли это?» Но нет, Уайанс не менее впечатляюще провалился спустя всего год, когда вдруг решился снять первый сиквел серии.
Режиссёрскую эстафету спустя ещё пару лет подхватил специалист в области пародий Дэвид Цукер, тот самый, что в начале 90-х создал «Голый Пистолет». В результате его кипучей деятельности третья часть «Очень Страшного Кино» пусть и не получилась смешной до ужаса, но и до жути дрянной, как вторая, уже не была. Но тогда же был потерян последний элемент, связывавший многосерийное произведение с понятием нормального кино – локальность происходящего. Привлечение набора случайных персонажей и бессвязность пародируемых кинолент окончательно превратило фильм в эдакий КВН. Трудно сказать, что же заставило Цукера пойти на совсем уж отчаянный шаг и засесть за четвёртый том действия, но сам факт того, что на решение о его создании потребовалось целых три года, говорит о том, что даже высасывалось из пальца уже с превеликим трудом.
В результате у Цукера получилась пародия на самого себя, единственным светлым пятном которой являются только воспоминания о тех хороших фильмах, что попали под насмешки режиссёра и сценаристов. После того, как герои картины не менее дюжины раз за первые пятнадцать минут своими головами вступают в тесный контакт со всевозможными балками, потолочными перекрытиями и прочими твёрдыми предметами, ощущение необоснованности, как улыбка без кота, и приторности, как сахар во рту без чая, нельзя перебить уже ничем. Несколько удачных шуток в картине всё же присутствуют, но по-настоящему расшевелить заранее настроенных на заезженность и однообразие зрителей они не в состоянии. Ну а создателям «Американского Пирога», похоже, надо поставить памятник за то, что все основные части их произведения были неизменно высокого качества – повторить их достижение пока никому не удалось.
«ПРИТОРНЫЙ ЦУКЕР»
В своё время «Очень Страшное Кино» наделало немало шума, став возможно самым беспардонным фильмом конца предыдущего десятилетия. Кроме того, это была ещё и одна из немногих раскрученных картин, представлявших собой ассорти из пародий на все последние достижения Голливуда. Редкий жанр, искромётный чёрный юмор и море пошлости привели к потрясающему успеху – сборы превысили отметку в 300 тысяч долларов! Но уже один только факт выхода четвёртой части какого-либо фильма вызывает у понимающего зрителя истерический смех. Впрочем, для комедии подобное возможно ещё не так плохо. Сиквел вообще вещь по умолчанию сомнительная. А уж сиквел в кубе… В памяти сразу же всплывает загадочный четвёртый «Робокоп», в котором «железный дровосек» Мёрфи влюбился в компьютер… женского пола...
Впрочем, волнений за качество сюжета именно в случае с «Очень Страшным Кино 4» не было. Хотя бы потому, что, по большому счёту и в стартовой картине серии сюжет отсутствовал. Однако шесть лет назад за работой Кинена Уайанса в режиссёрском кресле наблюдать, наверняка, было весьма интересно – лёгкость, с которой он одну за другой снимал случайный набор сцен, не обращая внимания на связность событий, у кого-то могла вызвать весьма неожиданную мысль: «А уж не гений ли это?» Но нет, Уайанс не менее впечатляюще провалился спустя всего год, когда вдруг решился снять первый сиквел серии.
Режиссёрскую эстафету спустя ещё пару лет подхватил специалист в области пародий Дэвид Цукер, тот самый, что в начале 90-х создал «Голый Пистолет». В результате его кипучей деятельности третья часть «Очень Страшного Кино» пусть и не получилась смешной до ужаса, но и до жути дрянной, как вторая, уже не была. Но тогда же был потерян последний элемент, связывавший многосерийное произведение с понятием нормального кино – локальность происходящего. Привлечение набора случайных персонажей и бессвязность пародируемых кинолент окончательно превратило фильм в эдакий КВН. Трудно сказать, что же заставило Цукера пойти на совсем уж отчаянный шаг и засесть за четвёртый том действия, но сам факт того, что на решение о его создании потребовалось целых три года, говорит о том, что даже высасывалось из пальца уже с превеликим трудом.
В результате у Цукера получилась пародия на самого себя, единственным светлым пятном которой являются только воспоминания о тех хороших фильмах, что попали под насмешки режиссёра и сценаристов. После того, как герои картины не менее дюжины раз за первые пятнадцать минут своими головами вступают в тесный контакт со всевозможными балками, потолочными перекрытиями и прочими твёрдыми предметами, ощущение необоснованности, как улыбка без кота, и приторности, как сахар во рту без чая, нельзя перебить уже ничем. Несколько удачных шуток в картине всё же присутствуют, но по-настоящему расшевелить заранее настроенных на заезженность и однообразие зрителей они не в состоянии. Ну а создателям «Американского Пирога», похоже, надо поставить памятник за то, что все основные части их произведения были неизменно высокого качества – повторить их достижение пока никому не удалось.
0
РецензияФедора Хром
УКРАСТЬ И НЕ ПОТЕРЯТЬ
Картины, в основе сюжета которых лежит ограбление, пожалуй, являются самой эстетской частью кинематографа. Ведь помимо общего действия и идеи фильма, зритель может насладиться ещё и редкой наглостью, с которой грабители уносят с каждым разом всё большие суммы денег. Вы никогда не замечали, что в подавляющем числе случаев вы оказываетесь именно на стороне бандитов, болея и переживая за них на манер заядлого футбольного фаната?
Придумывать новые сюжеты и способы становится всё труднее, так многое уже было использовано ранее. Сценаристов порой удручает и то, что зритель по выходу из кинотеатра, даже оставшись довольным, всё равно так и норовит найти ошибку в очередном, казалось бы, гениальном плане. Вот и в картине Майка Ли наиболее придирчивые уже успели найти некоторые недочёты. Однако мало кто готов объективно оценить ситуацию и признать, что будь сюжетное ограбление действительно на сто процентов идеальным и безупречным, то и вся съёмочная группа занималась бы, наверно, далеко не кино. Так что наличие некоторых недостатков по сути и гарантирует нам пару часов кинопросмотра вместо громких заголовков в газетах.
Однако «Не Пойман – Не Вор» – это не только очередной способ выноса денег из банка, но и определённая психологическая линия. Оригинальное название картины «Inside Man» (в переводе с английского – «внутри человека» или «человек внутри») в куда более полной степени отражает двойную сюжетную линию фильма. Но, если с ограблением всё вышло очень удачно, за исключением досадного отсутствия напряжения и интригующих переговоров, которые можно встретить в блестящем «Переговорщике» режиссёра Гари Грэя, то вот вторая составляющая вышла сырой и неубедительной. Это вдвойне странно, учитывая тот факт, что Ли умеет создавать очень достойные психологические картины – в качестве примера можно взять его «25-й Час» с Эдвардом Нортоном в главной роли. Возможно одной из ошибок режиссёра, приведшей к этой слабине, стало метание между «философией справедливости» и… едкой иронией, вырывающейся наружу в ряде сцен на манер «Одиннадцати Друзей Оушена» – классики жанра.
Несколько разочаровал оператор Мэттью Либатик – после его фантастической (и никак иначе!) работы в картинах «Реквием по Мечте» и «Готика» можно было ожидать куда большего. На этот же раз Либатик не только ограничился всего парой удачных планов, но и даже не позволил в полной мере оценить геометрию происходящего, что для ограбления, согласитесь, более чем важно. Ничего выдающегося, к сожалению, не видно и в игре исполнителей главных ролей. Самым впечатлившим, из того, что сообразили на троих Дэнзел Вашингтон, Клайв Оуэн и Джоди Фостер стало ощущение, что последней из них никак не более тридцати.
В целом же создаётся ощущение, что Спайк Ли вместе с начинающим сценаристом Расселом Гевиртцом перемудрили со сплетением интересов, в результате чего их работа пусть и получилась весьма интересно, но оставила впечатление недоделанности, причём отнюдь не в самом плане ограбления. Так что, перемудрив с сюжетом, Ли украл у себя самого.
УКРАСТЬ И НЕ ПОТЕРЯТЬ
Картины, в основе сюжета которых лежит ограбление, пожалуй, являются самой эстетской частью кинематографа. Ведь помимо общего действия и идеи фильма, зритель может насладиться ещё и редкой наглостью, с которой грабители уносят с каждым разом всё большие суммы денег. Вы никогда не замечали, что в подавляющем числе случаев вы оказываетесь именно на стороне бандитов, болея и переживая за них на манер заядлого футбольного фаната?
Придумывать новые сюжеты и способы становится всё труднее, так многое уже было использовано ранее. Сценаристов порой удручает и то, что зритель по выходу из кинотеатра, даже оставшись довольным, всё равно так и норовит найти ошибку в очередном, казалось бы, гениальном плане. Вот и в картине Майка Ли наиболее придирчивые уже успели найти некоторые недочёты. Однако мало кто готов объективно оценить ситуацию и признать, что будь сюжетное ограбление действительно на сто процентов идеальным и безупречным, то и вся съёмочная группа занималась бы, наверно, далеко не кино. Так что наличие некоторых недостатков по сути и гарантирует нам пару часов кинопросмотра вместо громких заголовков в газетах.
Однако «Не Пойман – Не Вор» – это не только очередной способ выноса денег из банка, но и определённая психологическая линия. Оригинальное название картины «Inside Man» (в переводе с английского – «внутри человека» или «человек внутри») в куда более полной степени отражает двойную сюжетную линию фильма. Но, если с ограблением всё вышло очень удачно, за исключением досадного отсутствия напряжения и интригующих переговоров, которые можно встретить в блестящем «Переговорщике» режиссёра Гари Грэя, то вот вторая составляющая вышла сырой и неубедительной. Это вдвойне странно, учитывая тот факт, что Ли умеет создавать очень достойные психологические картины – в качестве примера можно взять его «25-й Час» с Эдвардом Нортоном в главной роли. Возможно одной из ошибок режиссёра, приведшей к этой слабине, стало метание между «философией справедливости» и… едкой иронией, вырывающейся наружу в ряде сцен на манер «Одиннадцати Друзей Оушена» – классики жанра.
Несколько разочаровал оператор Мэттью Либатик – после его фантастической (и никак иначе!) работы в картинах «Реквием по Мечте» и «Готика» можно было ожидать куда большего. На этот же раз Либатик не только ограничился всего парой удачных планов, но и даже не позволил в полной мере оценить геометрию происходящего, что для ограбления, согласитесь, более чем важно. Ничего выдающегося, к сожалению, не видно и в игре исполнителей главных ролей. Самым впечатлившим, из того, что сообразили на троих Дэнзел Вашингтон, Клайв Оуэн и Джоди Фостер стало ощущение, что последней из них никак не более тридцати.
В целом же создаётся ощущение, что Спайк Ли вместе с начинающим сценаристом Расселом Гевиртцом перемудрили со сплетением интересов, в результате чего их работа пусть и получилась весьма интересно, но оставила впечатление недоделанности, причём отнюдь не в самом плане ограбления. Так что, перемудрив с сюжетом, Ли украл у себя самого.
0
РецензияФедора Хром
ВЫИГРЫШНАЯ СТАВКА
«Счастливое Число Слевина» – всего вторая работа шотландца Пола МакГигана в большом кино. Однако уже сейчас его имя без всякого сомнения можно вписать в число самых талантливых режиссёров Голливуда. Все самые оптимистичные ожидания от его новой картины оправдались в полной мере.
Явно британская режиссура, сильно смахивающая на стиль работы Гая Ричи, заслуживает долгих лестных комплиментов, но рассматривать её отдельно от сюжета, пожалуй, было бы неверно. Не знаю, какое божественно озарение снизошло на Джейсона Смиловича, но я не припомню случая, чтобы первый(!) фильм сценариста отличался столь эффектными поворотами сюжета, не уступая в накале и развязке ни «Игре» Дэвида Финчера, ни «Таинственному Лесу» Найта Шьямалана. Что же касается сравнения «Счастливого Числа Слевина» с последним на данный момент фильмом Ричи «Револьвер», то МакГиган может получить большой плюс за доступность своего кино к пониманию с первого же просмотра и отсутствие желания влезать в философско-психологические дебри из режиссёрской скуки. Удержать в целом достаточно жёсткую картину от «перегруза» помогла и тонкая британская ирония, пронизывающая весь фильм на манер «Большого Куша» авторства всё того же Ричи.
Здесь нельзя не отметить заслугу приглашённых на съёмки актёров. Неувядающему семидесятилетнему Моргану Фриману и популярной в последние годы Люси Лью, как кажется, удалось в полной мере воплотить режиссёрский образ своих персонажей. Что же касается Брюса Уиллиса, то из его молчаливого облика, как и всегда, можно слепить всё, что угодно, а в одном из эпизодов он по традиции, начатой ещё в «12 Обезьян», появится в парике и с наклеенными усами. Но вот кто действительно прыгнул выше головы, так это Джош Хартнет. Для этого ему, правда, пришлось один в один копировать манеру Бреда Питта, что также потребовало основательных усилий гримёров – в результате, если бы не гренадёрский рост первого, их можно было бы легко перепутать. Согласитесь, для ещё достаточно молодого Хартнета, за плечами которого работы в большинстве своём молодёжные, это значимый комплимент. За этот фильм актёр, снявшийся и в дебютной большой картине МакГигана, достоин только бурных аплодисментов – шотландец знал на кого ставить.
Вместе с режиссёром уже не в первый раз работал и многоопытный Питер Сова. Его камера на удивление одинаково легко и красиво берёт и модерновые апартаменты, и псевдоготические хоромы «крёстных отцов». Причём планы последних навевают сильные воспоминание всё о том же «Револьвере», вышедшим шестью месяцами ранее. Сова выручает МакГигана в тех эпизодах, где шотландец не смог удержать от чрезмерной для авантюрного кино жестокости – пара подобных сцен получилась, во всяком случае, в утончённой.
«Не то время, не то место, не тот номер» – по большому счёту, слоган является единственным отрицательным моментом картины Пола МакГигана. Во всём остальном картина, если и не безупречная, то просто отличная.
ВЫИГРЫШНАЯ СТАВКА
«Счастливое Число Слевина» – всего вторая работа шотландца Пола МакГигана в большом кино. Однако уже сейчас его имя без всякого сомнения можно вписать в число самых талантливых режиссёров Голливуда. Все самые оптимистичные ожидания от его новой картины оправдались в полной мере.
Явно британская режиссура, сильно смахивающая на стиль работы Гая Ричи, заслуживает долгих лестных комплиментов, но рассматривать её отдельно от сюжета, пожалуй, было бы неверно. Не знаю, какое божественно озарение снизошло на Джейсона Смиловича, но я не припомню случая, чтобы первый(!) фильм сценариста отличался столь эффектными поворотами сюжета, не уступая в накале и развязке ни «Игре» Дэвида Финчера, ни «Таинственному Лесу» Найта Шьямалана. Что же касается сравнения «Счастливого Числа Слевина» с последним на данный момент фильмом Ричи «Револьвер», то МакГиган может получить большой плюс за доступность своего кино к пониманию с первого же просмотра и отсутствие желания влезать в философско-психологические дебри из режиссёрской скуки. Удержать в целом достаточно жёсткую картину от «перегруза» помогла и тонкая британская ирония, пронизывающая весь фильм на манер «Большого Куша» авторства всё того же Ричи.
Здесь нельзя не отметить заслугу приглашённых на съёмки актёров. Неувядающему семидесятилетнему Моргану Фриману и популярной в последние годы Люси Лью, как кажется, удалось в полной мере воплотить режиссёрский образ своих персонажей. Что же касается Брюса Уиллиса, то из его молчаливого облика, как и всегда, можно слепить всё, что угодно, а в одном из эпизодов он по традиции, начатой ещё в «12 Обезьян», появится в парике и с наклеенными усами. Но вот кто действительно прыгнул выше головы, так это Джош Хартнет. Для этого ему, правда, пришлось один в один копировать манеру Бреда Питта, что также потребовало основательных усилий гримёров – в результате, если бы не гренадёрский рост первого, их можно было бы легко перепутать. Согласитесь, для ещё достаточно молодого Хартнета, за плечами которого работы в большинстве своём молодёжные, это значимый комплимент. За этот фильм актёр, снявшийся и в дебютной большой картине МакГигана, достоин только бурных аплодисментов – шотландец знал на кого ставить.
Вместе с режиссёром уже не в первый раз работал и многоопытный Питер Сова. Его камера на удивление одинаково легко и красиво берёт и модерновые апартаменты, и псевдоготические хоромы «крёстных отцов». Причём планы последних навевают сильные воспоминание всё о том же «Револьвере», вышедшим шестью месяцами ранее. Сова выручает МакГигана в тех эпизодах, где шотландец не смог удержать от чрезмерной для авантюрного кино жестокости – пара подобных сцен получилась, во всяком случае, в утончённой.
«Не то время, не то место, не тот номер» – по большому счёту, слоган является единственным отрицательным моментом картины Пола МакГигана. Во всём остальном картина, если и не безупречная, то просто отличная.
0
РецензияНатальи Осиповой
«Я поля влюбленным постелю….»
Название данной рецензии родилось как-то само собой. Просто при просмотре фильма «Тристан и Изольда», в душе постоянно звучали слова баллад Владимира Высоцкого: о любви, о времени, о борьбе, о коротком счастье, о вольных стрелках. Написанные для кинофильма «Робин Гуд» и использованные в другом советском фильме «Баллада о доблестном рыцаре Айвенго», они бы могли также органично вписаться и в новый фильм о Тристане и Изольде. Ведь темы-то вечные: преданность, зависть, предательство, месть, дружба, выбор между чувствами и долгом, смерть, всегда приходящая так не вовремя. И, конечно же, Он и Она, страсть и нежность, осторожность и безрассудство, и такая всепоглощающая, такая запретная любовь, которую нельзя передать словами, а можно только прочувствовать.
Действие происходит вскоре после падения Римской империи. Ирландский король пытается поработить британские земли, устраивая постоянные набеги на чужие земли. Внутренние междоусобные распри британских лордов подрывают страну изнутри. Подкупаемые ирландцами, съедаемые завистью и ненавистью друг к другу, правители отдельных областей не могут договориться и объединиться против внешнего врага. Во время очередной попытки объединиться, на собравшихся нападают ирландцы, жестокая битва уносит жизни многих достойных сынов и дочерей Британии, среди них родители маленького Тристана. В это же время в далекой Ирландии, юная принцесса Изольда оплакивает смерть матери. Они еще не знают, что им суждено встретиться, чтобы испытать созидающую и разрушающую силы любви.
Дальнейший пересказ сюжет фильма, вряд ли будет кому-нибудь интересна. Хрестоматийная история любви Тристана и Изольды известна всем. Но этот факт не делает фильм ни скучным, ни предсказуемым, ни очевидным. Хорошая постановка батальных сцен, проникновенная игра актеров, точная передача духа Средневековья делают фильм интересным и захватывающим зрелищем, как для зрителей, любящих исторические фильмы, так и для зрителей, увлекающихся добротными любовными драмами. Пожалуй, это кино сможет примирить вкусы мужчин и женщин.
Премьера исторической драмы «Тристан и Изольда» состоялась в Московском кинотеатре «Прага», интерьер которого очень похож на средневековый замок. Горели свечи, звучала мелодичная грустная музыка, за длинным столом, напротив друг друга, сидели Тристан и Изольда. Рядом с ними летали белоснежные ангелы и пытались «…сохранить волшебную невидимую нить, которую меж ними протянули». А зрители, наблюдавшие это великолепие, настраивались на романтический лад, светлая грусть зарождалась в сердце и мысль о том, что на свете есть что-то «дороже жемчуга и злата» грело душу.
«Я поля влюбленным постелю….»
Название данной рецензии родилось как-то само собой. Просто при просмотре фильма «Тристан и Изольда», в душе постоянно звучали слова баллад Владимира Высоцкого: о любви, о времени, о борьбе, о коротком счастье, о вольных стрелках. Написанные для кинофильма «Робин Гуд» и использованные в другом советском фильме «Баллада о доблестном рыцаре Айвенго», они бы могли также органично вписаться и в новый фильм о Тристане и Изольде. Ведь темы-то вечные: преданность, зависть, предательство, месть, дружба, выбор между чувствами и долгом, смерть, всегда приходящая так не вовремя. И, конечно же, Он и Она, страсть и нежность, осторожность и безрассудство, и такая всепоглощающая, такая запретная любовь, которую нельзя передать словами, а можно только прочувствовать.
Действие происходит вскоре после падения Римской империи. Ирландский король пытается поработить британские земли, устраивая постоянные набеги на чужие земли. Внутренние междоусобные распри британских лордов подрывают страну изнутри. Подкупаемые ирландцами, съедаемые завистью и ненавистью друг к другу, правители отдельных областей не могут договориться и объединиться против внешнего врага. Во время очередной попытки объединиться, на собравшихся нападают ирландцы, жестокая битва уносит жизни многих достойных сынов и дочерей Британии, среди них родители маленького Тристана. В это же время в далекой Ирландии, юная принцесса Изольда оплакивает смерть матери. Они еще не знают, что им суждено встретиться, чтобы испытать созидающую и разрушающую силы любви.
Дальнейший пересказ сюжет фильма, вряд ли будет кому-нибудь интересна. Хрестоматийная история любви Тристана и Изольды известна всем. Но этот факт не делает фильм ни скучным, ни предсказуемым, ни очевидным. Хорошая постановка батальных сцен, проникновенная игра актеров, точная передача духа Средневековья делают фильм интересным и захватывающим зрелищем, как для зрителей, любящих исторические фильмы, так и для зрителей, увлекающихся добротными любовными драмами. Пожалуй, это кино сможет примирить вкусы мужчин и женщин.
Премьера исторической драмы «Тристан и Изольда» состоялась в Московском кинотеатре «Прага», интерьер которого очень похож на средневековый замок. Горели свечи, звучала мелодичная грустная музыка, за длинным столом, напротив друг друга, сидели Тристан и Изольда. Рядом с ними летали белоснежные ангелы и пытались «…сохранить волшебную невидимую нить, которую меж ними протянули». А зрители, наблюдавшие это великолепие, настраивались на романтический лад, светлая грусть зарождалась в сердце и мысль о том, что на свете есть что-то «дороже жемчуга и злата» грело душу.
0
Человечный фильм.
Тема взаимоотношения людей, говорящих на разных языках, видимо, становится основным лейтмотивом творчества Александра Рогожкина. Сначала это были сатирические «Особенности…», потом трагикомичная «Кукушка». И вот, теперь «Перегон» — еще одна военная история, в которой, подобно «Кукушке», место действия максимально удалено от кровопролитной линии фронта. Рогожкин в очередной раз предпринимает попытку воссоздать другое, альтернативное шаблонам и стереотипам, лицо самого страшного события XX века — лицо II-ой мировой в ее глубоких тылах, где не слышно ни единого выстрела. Абстрактное общечеловеческое горе здесь приобретает характер более личностный, становясь трагедией каждого отдельно взятого персонажа.
1943 год. Далекий северный аэродром служит переправочным пунктом для американских самолетов, отданных в помощь советскому фронту. Здесь, в этой забытой богом чукотской глуши, русские и американские офицеры мирно уживаются под одной крышей, не взирая ни на языковой барьер, ни на враждебные политические идеологии. Тем более что американский летный состав, по вольной фантазии режиссера, представлен исключительно женщинами. Отсюда и вальсы на плацу, и неловкие ситуации в солдатских нужниках, и военно-полевые романы, которые заканчиваются, еще не успев начаться. И в который раз рогожкинским героям, говорящим на разных языках, удается найти взаимопонимание на уровне эмоциональном, более высоком и значимом, нежели любой вербальный. Теперь им для этого и охотничьи сто грамм не нужны.
В «Кукушке» персонажей было лишь трое, и Рогожкину удалось максимально абстрагироваться от исторических реалий военного периода, изолировав своих героев от внешнего мира в одинокостоящей северной избе. В «Перегоне» подобный прием оказался невозможным. Военный аэродром, живущий по строгим законам того времени, никак не мог стать моделью отрезанного от жизни и истории микромира, даже несмотря на свое удаленное географическое положение. А, следовательно, перед Рогожкиным, как сценаристом, стояла на этот раз куда более сложная задача. Реальные факты перегона американских самолетов пришлось дополнить собственной авторской фантазией. Быть может, именно поэтому простая по сюжету и количеству персонажей «Кукушка» выглядит более завершенной и органичной.
Но, так или иначе, Рогожкин никогда не снимал фильмы о войне или исторические полотна. Его картины, прежде всего, о самих людях. Его истории одновременно трагичны и смешны. Его герои многолики и подчас забавны. Но есть у этих героев одна общая черта, которую нельзя не уважать, которой невозможно не позавидовать. И черта эта — редкая способность оставаться Человеком.