Я считаю, что разработчикам программного обеспечения пора подумать над внедрением нового интерфейса: Do you want to get killed by a cunning anonymous maniac? (Yes/Cancel) – специально для создателей триллеров об Интернет-маньяках и их жертвах. Нет-нет, спешу заверить: «Идеального незнакомца» я смотрел, знаю, что к чему (рекламное агентство, пузырек белладонны, нож в сердце…). Просто хотелось бы добавить несколько слов ко всему уже написанному об этом фильме.
Возвращаюсь к Интернету. Когда был снят первый фильм с упоминанием «мировой паутины»? Десять лет назад, или девять, или восемь? О письмах с чужбины, любовных записках, вызовах на дуэль и доносах уже тысячи лет пишутся книги и много-много лет снимаются фильмы. Интернет «дебютировал» совсем недавно, но масштабы этого «юного дарования» таковы, что и десяти лет было достаточно, чтобы авторы в современном сверхскоростном мире взялись за него всерьез. Вот только, судя по всему, агенты у нашего «дебютанта» неважные. Роли, соответственно, тоже.
«Идеальный незнакомец» – продолжение длинной цепи актерских неудач Интернета. Опять ему досталась шаблонная роль посредника в нездоровой анонимной игре, опять он сводничает, опять помогает двуличничать, кого-то заманивать, кого-то разоблачать… Конечно, письму тоже случалось играть роли отрицательных героев: то оно опоздает и погубит Ромео и Джульетту, то его вскроют, подменят, и оно отправит на плаху Гильденстерна и Розенкранца (впрочем, поделом),а то, в амплуа доноса, на долгие годы заточит в замок Иф ни в чем не повинного Эдмона Дантеса. Но ведь были же и светлые роли, да еще какие! «Я к вам пишу…» Интернету такие светлые роли почти не достаются. (Сам я могу вспомнить лишь одну: You’ve got mail, с Томом Хэнксом и Мэг Райан.) Да и отрицательные роли, как я уже сказал, словно под копирку писаны. Почему? Чем Интернет плох?
Может быть, ответ в том, что письмо (за некоторыми печальными исключениями вроде доносов) никогда не было полностью обезличенным, никогда не исчерпывало до конца человеческих дел, личного общения? За письмом трудно спрятаться без следа, а это значит, что у человека, пишущего или читающего письмо, не появлялось того всем нам знакомого «внутрисетевого» чувства раздвоения, обретения какого-то двойника, носящего не наше имя, а nick. Вокруг обмена письмами не возникало той странной ауры, которая обволакивает виртуальное общение: это одновременно ты и не ты. Вот под влиянием этой ауры, я думаю, и пишутся роли, которые Интернет играет в кино. Если мы захотим, общение с неизвестным для нас и для него навсегда останется анонимным (оставляю в стороне всякие хакерские штучки, доступные, полагаю, немногим). В Интернете нам решать, когда выйти из тени, и выходить ли вообще. В Интернете сумерки можно длить и длить. На этом темном фоне, увы, органично смотрится не Татьяна Ларина, а очередной злодей, маньяк, извращенец, плетущий свою паутину.
И последнее. Ирония заключается в том, что я подпишу эту рецензию не как ****** *****, а как Pawn.
Возвращаюсь к Интернету. Когда был снят первый фильм с упоминанием «мировой паутины»? Десять лет назад, или девять, или восемь? О письмах с чужбины, любовных записках, вызовах на дуэль и доносах уже тысячи лет пишутся книги и много-много лет снимаются фильмы. Интернет «дебютировал» совсем недавно, но масштабы этого «юного дарования» таковы, что и десяти лет было достаточно, чтобы авторы в современном сверхскоростном мире взялись за него всерьез. Вот только, судя по всему, агенты у нашего «дебютанта» неважные. Роли, соответственно, тоже.
«Идеальный незнакомец» – продолжение длинной цепи актерских неудач Интернета. Опять ему досталась шаблонная роль посредника в нездоровой анонимной игре, опять он сводничает, опять помогает двуличничать, кого-то заманивать, кого-то разоблачать… Конечно, письму тоже случалось играть роли отрицательных героев: то оно опоздает и погубит Ромео и Джульетту, то его вскроют, подменят, и оно отправит на плаху Гильденстерна и Розенкранца (впрочем, поделом),а то, в амплуа доноса, на долгие годы заточит в замок Иф ни в чем не повинного Эдмона Дантеса. Но ведь были же и светлые роли, да еще какие! «Я к вам пишу…» Интернету такие светлые роли почти не достаются. (Сам я могу вспомнить лишь одну: You’ve got mail, с Томом Хэнксом и Мэг Райан.) Да и отрицательные роли, как я уже сказал, словно под копирку писаны. Почему? Чем Интернет плох?
Может быть, ответ в том, что письмо (за некоторыми печальными исключениями вроде доносов) никогда не было полностью обезличенным, никогда не исчерпывало до конца человеческих дел, личного общения? За письмом трудно спрятаться без следа, а это значит, что у человека, пишущего или читающего письмо, не появлялось того всем нам знакомого «внутрисетевого» чувства раздвоения, обретения какого-то двойника, носящего не наше имя, а nick. Вокруг обмена письмами не возникало той странной ауры, которая обволакивает виртуальное общение: это одновременно ты и не ты. Вот под влиянием этой ауры, я думаю, и пишутся роли, которые Интернет играет в кино. Если мы захотим, общение с неизвестным для нас и для него навсегда останется анонимным (оставляю в стороне всякие хакерские штучки, доступные, полагаю, немногим). В Интернете нам решать, когда выйти из тени, и выходить ли вообще. В Интернете сумерки можно длить и длить. На этом темном фоне, увы, органично смотрится не Татьяна Ларина, а очередной злодей, маньяк, извращенец, плетущий свою паутину.
И последнее. Ирония заключается в том, что я подпишу эту рецензию не как ****** *****, а как Pawn.
Записать.