12 сентября 2005 7:21
часть "американской" трилогии получилась не хуже, а в чем-то даже и лучше "Догвилля". Новая исполнительница роли Грэйс -Брайс Даллас Ховард ни в чем не уступает своей более именитой предшественнице Николь Кидман. Если в первой картине антиамериканский настрой ленты выглядел не вполне уместно, то здесь с этим - полный порядок. Конечно, Ларс Фон Триер, как настоящий провокатор, сделал все чтобы фильм получился скандальным, и в этом он, надо сказать, вполне преуспел. Казалось бы параллель между насаждением современной Америкой "демократии" во всем мире и отменой рабства - спорна (об этом чуть ниже),однако, без всякого сомнения картина не содержит никаких расистких нападок. Негры тут в принципе не причем. Грэйс, как собирательный образ сегодняшней Америки пытается отменить рабство в отдельно взятом городке (читай между строк - построить демократию),однако ее благородные порывы оказываются под угрозой, поскольку мандерлейские ниггеры ну никак не хотят принимать свободу. Но хоть Ларс Фон Триер и не любит США, его киношная Америка в лице Грэйс оказывается намного симпатичнее реальности. Ведь если Грэйс искренне верит, что несет людям добро, то в реальном мире, надо полагать, командующими "империей добра" руководствуются холодным, прагматичным расчетом. Соответственно фильм получился менее жестким и драматичным, чем "Догвилль", что впрочем не портит общего благоприятного впечатления от просмотра. Что касается спорности проводимых Триером параллелей между современной демократией и рабством. Как я уже писал - негры тут не причем, это некий символ, художественный прием, который использует режиссер, чтобы сказать совсем о другом. Но как тут не вспомнить слова героя Этуша из фильма "Иван Васильевич меняет профессию", когда он сказал: "Это роль ругательная и попрошу ее ко мне не применять." Когда Триер вроде как понарошку "тренируется на неграх", показывая их в картине полными тупицами, желающими жить в рабстве, это многими может быть воспринято, как не вполне политкорректная аналогия, тем более в Америке, где притеснения чернокожих происходили не в таком далеком прошлом, а потому это до сих пор больной вопрос.
