30 июня 2003 16:07
Когда наступил финал, хотелось апплодировать стоя, но не хватило сил, чтобы встать, хотя посреди сеанса хотелось сбежать из проклятого Догвилля. Браво, потрясающее кино. Стойкое ощущение, что ты находишься в театре, а не перед большим экраном, ощущение, что еще минута - и актеры спустятся со сцены, и им будут дарить цветы... Почему-то сразу же у меня появилась аналогия с пьесами Беккета, признанного авангардного драматурга: минимализм декораций, нарисованные на асфальте стены домов, воображаемые двери, прожектор вместо луны. Повторяющиеся фразы: "Прости", "Этого больше не повторится" вгрызаются в мозг, и ты начинаешь их ненавидеть, ненавидеть "собачий" город, который селится в твоей душе. Догвилль дарит жизнь и убивает, не давая права выбора, любовь становится лишь жалкой отмазкой, своеобразным дурманом, наркозом, секс становится унижением. Хочется вырваться, но паутина, свитая фон Триером, все больше и больше сковывает движения. Город погибает, но остается Моисей, старый пес, которого обязательно кто-то найдет, и история Догвилля начнется заново, пусть это станет второй частью фильма, которую никогда не снимут, она появится не на экране кинотеатров, а в реальной жизни и с ней столкнется каждый, Догвилль войдет в каждый дом пустыми обещаниями, лживыми словами и безразличностью, и стоит только закрыть на это глаза, и из него уже никому не вырваться... Режиссер задает вопросы и практически сам дает на них ответы, но легче от этого не становится, потому что разгадки его загадок ведут в самые потаенные чердачки подсознания, в которых не особо приятно копаться: можно задохнуться в пыли собственных недоработок и недосказанностей. Не хочется дышать пылью? Добро пожаловать В Догвилль!
