Догвилль

Нелегко. Очень нелегко писать про этот фильм. С таким же успехом человек, недавно закончивший среднюю школу, мог бы пытаться написать рецензию на роман Льва Толстого «Война и Мир». Рецензировать несомненно гениальный фильм, который обречен на то, чтобы стать эпохой, под силу лишь гению. Поэтому, я не называю эту статью рецензией. Это - просто ощущение от просмотра фильма. Фильма, который не просто берет за живое, а выворачивает при просмотре наизнанку, не оставляя у неподготовленного зрителя камня на камне от существующего у него представления о системе мироздания и месте человека в этой системе.

Провал этого фильма на Каннском кинофестивале, на мой взгляд, совершенно закономерен. Присудив этому фильму главный приз (а иной присуждать просто бессмысленно),жюри подписало бы себе смертный приговор своим согласием с концепцией взгляда на Человека Ларса Фон Триера. Концепцией трезвой, циничной, абсолютно беспощадной, не оставляющей ни малейшего шанса питающим иллюзии об избранности и богоподобности человеческого существа. (Замечу сразу, с этой концепцией Триера, лично автор этих строк абсолютно согласен.) Именно результатом невероятно сильного воздействия показа этого отношения к человеку и стала обструкция, устроенная жюри Каннского кинофестиваля этому фильму.

Ничего, кроме шедевра, после «Танцующей в темноте», от Ларса Фон Триера не ожидали. Действительность, однако, превзошла все ожидания. Такого показа изнанки самых основ человеческой личности мне давно не доводилось видеть ни в одном фильме. Две стороны одной медали. Жестокость и милосердие. Доброта и людская злоба. Откровенность и лицемерие. Что лучшее из этих постоянно конфликтующих полярностей? Что должен выбрать человек в качестве образца для подражания? Ответ Триера – НИЧЕГО. Лучшего не существует. Ужасна как доброта в ее крайности, так и злоба в ее гнилости. В какую бы сторону не развивалось человеческое сознание, изнанка сути человеческой обязательно, со 100%-ной однозначностью извратит все светлые идеалы, доведет их до абсурда и приведет к прямо противоположному результату.

Более безысходного, более драматичного и более искреннего, кричаще откровенного фильма я не видел очень давно. И не надо говорить, что Каннское жюри наказало Триера за антиамериканизм. Это отнюдь не антиамериканский фильм. Это - фильм, показывающий, каким ничтожеством является человек даже в лучших своих побуждениях с точки зрения Ларса Фон Триера. (Что уж говорить о худших). Ключевая сцена фильма - финальный диалог между главной героиней и предводителем мафиозо. Основной смысл диалога - в чем заключается человеческое высокомерие. В желании диктовать людям свою волю, управлять людьми, показывая их ничтожность, или в желании всепрощения, дарении людям чувства абсолютной правоты своих поступков. Через несколько минут выяснится, что ужасом может быть результат как той, так и другой концепции. Разницы между ними практически нет.

Маленький городок в горах. Тихая спокойная жизнь. Ничто не предвещает никаких перемен, да и, по большому счету, жителям этого города они и не нужны. Абсолютно спокойная размеренная жизнь. Такая жизнь прерывается всегда. По всему свету разбросаны источники беспокойства. Один из них оказывается по соседству с Догвиллем. Звучат выстрелы. Спасаясь от них, в город приходит красивейшая женщина. (Не побоюсь этого слова - это ЗВЕЗДНАЯ роль Николь Кидман.) Не влюбиться в эту женщину, хоть в отчаянии, хоть в работе, хоть в гневе - просто невозможно. Девушку разыскивает мафия. Ей угрожает опасность. Во власти жителей городка дать ей укрытие или выгнать вон с целью сохранения своего спокойствия. Любой человек в состоянии стать на какой-то момент как героической, так и омерзительной личностью. Результат зависит исключительно от осознания мотивации поведения. Человек, убедивший себя в том, что он прав при совершении героического поступка, совершит его. Убедивший себя в обратном, совершит подлость. Жителям маленького городка пока не сложно быть добрыми порядочными людьми. Они могут убедить себя в том, что их поступок должен быть красивым и добрым. Они готовы стать героями. Они разрешают девушке остаться в городе на 2 недели, чтобы доказать городу возможность их сосуществования. В ответ на это она должна стать городу полезной. Она должна работать на общее благо. Через 2 недели город признает ее своей.

Идиллия разрушится так, как всегда разрушается идиллия. Полицейские вывесят в городе плакаты о том, что эта девушка разыскивается, сначала, как без вести пропавшая, потом, как, соучастница в ограблении банков. Жители города знают - информация абсолютно недостоверна. Все это время девушка жила рядом с ними. Но их героизм теперь гораздо более рискован и мотивация людей, окружающих героиню, изменяется. Теперь гораздо легче внушить себе, что ставки растут, а за убежище положено платить. Сначала увеличивающимся временем труда, потом снижением его оплаты, потом собственным телом, потом превращением человека в раба. Превращение равноправного человека в забитого звереныша показано настолько достоверно, насколько типична мотивация оправдания этого факта в человеческом сознании. Женщина приносит сложности и может принести неприятности. Она должна за это платить деньгами, трудом, сексом, унижениями. И она платит за все самой полной ценой. Она любит этот город. За то, что он приютил ее, она способна простить этим людям все. АБСОЛЮТНО ВСЕ. И она все прощает. Она прощает тогда, когда этот город отнимает у нее деньги, доброе имя, репутацию, чувство собственного достоинства, женственность, превращая ее в рабыню, как физически, так и нравственно. Она своим всепрощением позволяет обитателям город сделать ее животным. Она хочет не быть такой, какой она могла бы стать в своей прошлой жизни, холодной, беспощадной и нетерпимой к людям. Она убежала из этой своей прошлой жизни и, как выяснилось, снова попала в ад.

Развязка фильма ужасна. Рассказывать ее нельзя из-за того, что ее надо обязательно посмотреть неподготовленным именно к такому повороту событий. Скажу еще раз, фильм меня потряс до глубины души. Он, как будто обнажает глубинные пласты, хранящиеся в человеческом подсознании. Вот человек в костюме. Снимаем костюм. Человек голый. Снимаем эпителий. Вырываем мышцы. Обрезаем сухожилия. Сдираем мясо. И, там, в глубине подсознания вопящего от нестерпимой боли человека скрыто такое, о чем нельзя говорить, обсуждать, нельзя даже думать. А Ларс Фон Триер взял, да и снял об этом фильм. И – проиграл на Фестивале. И своим гениальнейшим фильмом заткнул всю фестивальную программу очень далеко. Потому что этот фильм останется в памяти навсегда. Награды все равно померкнут, а память - останется.

Стиль изображения отличается от обычной «Догмы». Триер и здесь убежал куда-то вперед. Нет больше трясущегося изображения от применения ручной камеры. Есть нормальное музыкальное сопровождение. Есть хороший звук. Но вместо кино мы видим театр. Декорации, аналогичные театральной постановке. Фантасмагория иллюзорного города подчеркивает абсолютную реальность человеческого мышления. Здесь сознание первично, а бытие вторично.

Я не могу пожелать зрителям удачного и легкого, я могу пожелать только интересного просмотра. И еще пожелаю, чтобы груз этого фильма при выходе из зала не раздавил ваше сознание. Побольше бы таких фильмов. Откровенных и беспощадных.

Игорь Михайлов