Ридли Скотт в очередной раз доказал, что может работать с большими бюджетами и сложными темами. Он сумел сделать кассовый блокбастер и сохранить авторский взгляд на каноничную историю. Конечно, при желании можно выдвинуть претензии, но если рассудить здраво, то неужели этот будут действительно серьезные минусы фильма? Собственно, критика уперлась в два факта: искажение истории и искажение Библии.
Да, исторических ляпов в картине много, они подробно разобраны в статье египтолога Виктора Солкина. Самый смешной ляп, по-моему, это женский головной убор сына фараона во время битвы. Можно было бы по этому поводу пенять режиссеру, но! Во-первых, давайте уясним, что Ридли Скотт никогда не снимал исторически достоверных картин (если такие вообще возможно снять). В его "Гладиаторе" и "Робин Гуде" ошибок и путаницы было не меньше. А во-вторых, давайте взглянем в глаза правде: если вы не специалист, то никогда не догадайтесь о том женский парик носит герой или мужской, ездили тогда именно так на лошадях или нет, и т.п. Зритель увидел яркий образ Древнего Египта и более аутентичный ему вряд ли сейчас кто-то ещё покажет. Собственно, ничего другого ждать от исторических фильмов и не приходится - яркий исторический фон есть и это главное.
Что касается библейских несоответствий, то давайте снова взглянем правде в глаза: общая канва выдержана верно. Серьезных отклонений от Библии нет. А буквальная экранизация ветхозаветного предания только навредила бы картине. Например, какого было бы зрителю смотреть, как после каждой казни Моисей приходил бы к фараону и начинал ныть: "Отпусти мой народ!"? Такое десятикратное повторение просто утомило бы. Или, например, выделение больше экранного времени брату Моисея - Аарону. Это просто бы нарушило законы блокбастера: там в центре могут быть только протагонист, антагонист и возлюбленная протагониста. Остальные - второстепенные персонажи. К тому же отображение библейской истории в точности до запятой совершенно убило бы то, что делает кино не просто движущимися картинками, а ещё и искусством. Это авторский взгляд.
Он в картине есть. Скотт попытался его вплести аккуратно в каноничный текст. Например, вызывающий самые большие нарекания образ Бога в виде мальчика. Нельзя сказать, что здесь режиссер пошел вопреки библейскому сюжету. "И явился ему Ангел Господен в пламени огня из среды тернового куста" (Исх.3:2). Как выглядел ангел в Библии не сказано, почему бы и не так? Кто из нас знает, каким Моисей видел этого ангела? В этом образе есть доля иронии. Как египтяне не видели в евреях силы, способной их победить, так и в маленьком мальчике трудно ожидать увидеть всесильное существо.
Ещё задача Ридли Скотта была соединить в одном фильме реализм со сверхъестественным. Как бы выглядела история Моисея, если бы была на самом деле? И действительно, иногда может показаться, что фильм можно интерпретировать как историю паранойи Моисея, которая двигала им в жизни. Но всех любителей истолковывать Библию в рациональном ключе Ридли Скотт щелкнул по носу. Помните советника фараона, который пытался объяснить казни египетские с научных позиций? Что с ним стало? То-то же. Ну, и самый финал - смерть младенцев и уход моря, которые уж никак не поддаются объяснению, кроме теологической версии. Потому смысл фильма выдержан вполне в духе Библии: если Господь что-то решил, то никто, даже фараон, считающий себя богом, не может это изменить. Он не может ничего противопоставить волне, которая смоет его и его войско.
Что же серьезного Ридли Скотт внес от себя? Я думаю, только образ самого Моисея, показанного не только как божьего пророка, орудия Господа, но ещё и как человека, отца, мужа, сына, который любит, ненавидит, сомневается, спорит, боится. Причем, эту гуманизацию Моисея режиссер совершил практически без пафоса и лишнего мелодраматизма. Умеет Ридли Скотт работать с большими бюджетами и сложными темами, умеет.
Да, исторических ляпов в картине много, они подробно разобраны в статье египтолога Виктора Солкина. Самый смешной ляп, по-моему, это женский головной убор сына фараона во время битвы. Можно было бы по этому поводу пенять режиссеру, но! Во-первых, давайте уясним, что Ридли Скотт никогда не снимал исторически достоверных картин (если такие вообще возможно снять). В его "Гладиаторе" и "Робин Гуде" ошибок и путаницы было не меньше. А во-вторых, давайте взглянем в глаза правде: если вы не специалист, то никогда не догадайтесь о том женский парик носит герой или мужской, ездили тогда именно так на лошадях или нет, и т.п. Зритель увидел яркий образ Древнего Египта и более аутентичный ему вряд ли сейчас кто-то ещё покажет. Собственно, ничего другого ждать от исторических фильмов и не приходится - яркий исторический фон есть и это главное.
Что касается библейских несоответствий, то давайте снова взглянем правде в глаза: общая канва выдержана верно. Серьезных отклонений от Библии нет. А буквальная экранизация ветхозаветного предания только навредила бы картине. Например, какого было бы зрителю смотреть, как после каждой казни Моисей приходил бы к фараону и начинал ныть: "Отпусти мой народ!"? Такое десятикратное повторение просто утомило бы. Или, например, выделение больше экранного времени брату Моисея - Аарону. Это просто бы нарушило законы блокбастера: там в центре могут быть только протагонист, антагонист и возлюбленная протагониста. Остальные - второстепенные персонажи. К тому же отображение библейской истории в точности до запятой совершенно убило бы то, что делает кино не просто движущимися картинками, а ещё и искусством. Это авторский взгляд.
Он в картине есть. Скотт попытался его вплести аккуратно в каноничный текст. Например, вызывающий самые большие нарекания образ Бога в виде мальчика. Нельзя сказать, что здесь режиссер пошел вопреки библейскому сюжету. "И явился ему Ангел Господен в пламени огня из среды тернового куста" (Исх.3:2). Как выглядел ангел в Библии не сказано, почему бы и не так? Кто из нас знает, каким Моисей видел этого ангела? В этом образе есть доля иронии. Как египтяне не видели в евреях силы, способной их победить, так и в маленьком мальчике трудно ожидать увидеть всесильное существо.
Ещё задача Ридли Скотта была соединить в одном фильме реализм со сверхъестественным. Как бы выглядела история Моисея, если бы была на самом деле? И действительно, иногда может показаться, что фильм можно интерпретировать как историю паранойи Моисея, которая двигала им в жизни. Но всех любителей истолковывать Библию в рациональном ключе Ридли Скотт щелкнул по носу. Помните советника фараона, который пытался объяснить казни египетские с научных позиций? Что с ним стало? То-то же. Ну, и самый финал - смерть младенцев и уход моря, которые уж никак не поддаются объяснению, кроме теологической версии. Потому смысл фильма выдержан вполне в духе Библии: если Господь что-то решил, то никто, даже фараон, считающий себя богом, не может это изменить. Он не может ничего противопоставить волне, которая смоет его и его войско.
Что же серьезного Ридли Скотт внес от себя? Я думаю, только образ самого Моисея, показанного не только как божьего пророка, орудия Господа, но ещё и как человека, отца, мужа, сына, который любит, ненавидит, сомневается, спорит, боится. Причем, эту гуманизацию Моисея режиссер совершил практически без пафоса и лишнего мелодраматизма. Умеет Ридли Скотт работать с большими бюджетами и сложными темами, умеет.