Странное ощущение после фильма: вроде смотрел, а вроде и нет. Вот ничего ни в душе, ни в голове не осталось. Картина прошла мимо меня, словно ветерок подул. Раз и всё. И самое главное, придраться как-бы не к чему. Вот был первый фильм "300": многие его помнят и любят. Ну, как минимум, восторгов было много, как, впрочем, и негатива. В любом случае, равнодушным он никого не оставил. И теперь вторая серия. Что имеем? Полуголых накаченных красавцев? В наличии! Отрубание конечностей и море крови? Есть! Причем с морем даже буквально вышло. Сексуальные девицы с большими сиськами, а так же жесткий перепихон с ними? Тоже есть! Визуальную стилизацию под комикс? Ну, куда же без этого? Есть, конечно! Исторический фон? Хм, тут сложнее. Собственно и "300" был не историческим фильмом, а экранизацией комикса, созданного по мотивам реальных событий. Потому это был такой пересказ пересказа. Но в целом, если не брать детали, фон и быт, историческая канва первой ленты была верной. Во второй же картине Ноам Мурро при поддержке Зака Снайдера попытался сделать тоже самое, хотя отклонение от исторических событий налицо. Ну, не убивал Фемистокл Дария. Тот умер через четыре года от болезни. Но в целом, смотря, что первый, что второй фильм, надо помнить, что это экранизация комикса Френка Миллера, а не учебника по истории.
Итого мы имеем во втором фильме франшизы (скорее всего, будет и третий - Ксеркс-то ещё жив!) всё тоже самое, что и в первом. Почему же тогда не цепляет? После обдумывания склоняюсь к двум причинам. Или точнее одной, но в двух плоскостях. Первый фильм был очень оригинальный, необычный, что-то невиданное. Теперь же мы получили тоже самое. Повторяемость - не лучшая черта в искусстве. Но кое-что создатели изменили. Это идейную составляющую. В "300" на первом плане были спартанцы - образ гипермаскулинных героев, брутальных донельзя и мужественных до безобразия. В основе смысла картины находился их образ жизни, который они и отстаивали. В итоге в этом увидели очень смелую и оригинальную идею: борьбу последних гетеросексуалов Европы против гомосеков, извращенцев и метросексуалов. Борьбу, отметим, безуспешную. Так это или нет, хорошо или плохо - оставим за бортом. Ибо образ спартанцев получился такой яркий, а их врагов тоже не тусклый, что при желании можно ещё смыслов накопать. Но что мы имеем во второй части "Рассвет империи"? В центре идея банальная и затасканная, как георгиевская ленточка, о борьбе за свободу и демократию. Как оригинально... Никогда такого не было...
Таким образом, лента "300 спартанцев: Расцвет империи" оказалась вторичной и потому проходной. Визуально вторичной по отношению к первому фильму, а идейно вторичной по отношению к 1001 другому фильму о борьбе за свободу. Из-за этой вторичности воспоминания и ощущения от картины тают, как весенний снег. Скучно, братцы. Скучно.
Итого мы имеем во втором фильме франшизы (скорее всего, будет и третий - Ксеркс-то ещё жив!) всё тоже самое, что и в первом. Почему же тогда не цепляет? После обдумывания склоняюсь к двум причинам. Или точнее одной, но в двух плоскостях. Первый фильм был очень оригинальный, необычный, что-то невиданное. Теперь же мы получили тоже самое. Повторяемость - не лучшая черта в искусстве. Но кое-что создатели изменили. Это идейную составляющую. В "300" на первом плане были спартанцы - образ гипермаскулинных героев, брутальных донельзя и мужественных до безобразия. В основе смысла картины находился их образ жизни, который они и отстаивали. В итоге в этом увидели очень смелую и оригинальную идею: борьбу последних гетеросексуалов Европы против гомосеков, извращенцев и метросексуалов. Борьбу, отметим, безуспешную. Так это или нет, хорошо или плохо - оставим за бортом. Ибо образ спартанцев получился такой яркий, а их врагов тоже не тусклый, что при желании можно ещё смыслов накопать. Но что мы имеем во второй части "Рассвет империи"? В центре идея банальная и затасканная, как георгиевская ленточка, о борьбе за свободу и демократию. Как оригинально... Никогда такого не было...
Таким образом, лента "300 спартанцев: Расцвет империи" оказалась вторичной и потому проходной. Визуально вторичной по отношению к первому фильму, а идейно вторичной по отношению к 1001 другому фильму о борьбе за свободу. Из-за этой вторичности воспоминания и ощущения от картины тают, как весенний снег. Скучно, братцы. Скучно.