Фильм можно охарактеризовать словами одного из его же персонажей: «Похоже на какой-то двинутый перформанс». По непонятной для меня причине обласканный после «Прочь» (который при просмотре почему-то вызывал стойкие аллюзии на замечательную картину «Ключ от всех дверей») Джордан Пил вновь решил быть оригинальным и снял нечто. Нечто скучное, нестрашное, с претензией на глубокую социально-философскую мысль и вторичное. На последнем я настаиваю. Пил, видать, большой поклонник сказок, иначе почему «Мы» так беззастенчиво похож на довольно пугающее произведение Ганса Христиана Андерсена «Тень»?
Семья афроамериканцев с двумя детьми решает отдохнуть в летнем домике. Неожиданно появляется семейство-дубль, предводительница которого, угрожая антикварными ножницами, начинает хрипло рассказывать, что они, мол, тени и пришли взять свое. Дальше группа этих товарищей начинает убивать всех подряд, а титульное семейство – спасаться. Действие периодически протекает во тьме, периодически – на пленэре. Пустота повествования разбавляется криками, бессмысленными разговорами, посредственным философствованием. Картина – собрание клипов: вот десятки белых кроликов коряво прыгают по коридору, вот паренек в пугающей маске сгорает в огне. Красиво, но пусто.
Весь просмотр мучал вопрос: «Если бы главные герои были не чернющими не..рами с выпученными глазами, а обычными европеоидами, фильм смотрелся бы так же?». Что-то сомневаюсь. Это, знаете ли, как в азиатских хоррорах: бледная девочка с длинными черными волосами одним своим видом наводит оторопь. Замени ее на голубоглазую блондинку, и эффект улетучится в момент. Вот на этом и «сыграл» Пил – атмосферные виды, колоритные люди. Вместе они должны были отлечь нас от посредственности посылки ленты.
При желании картине можно придумать смыслы. Например, теорию заговора, согласно которой, нами давно управляют двойники тех, кому мы сами вручили власть. Эти корыстные, злые люди ведут свою нечестную игру, пока их «оригиналы» мучаются где-то в застенках. Или, например, придать картине оккультную/языческую/инопланетную составляющую. Все сгодится Джордану Пилу, чтобы вновь прослыть оригиналом, чтобы с глубокомысленным лицом выдать пустышку, а мы, стесняясь признать, что «Король-то голый», будем аплодировать и морщить лоб, намекая на то, что в фильм для глубоко думающих людей (некогда такое было с «Матрицей», которую не поняли, наверное, порядка 80% зрителей, да и сами-то братья-сестры Вачовски поняли, что сняли?).
«Мы» – крайне слабая лента, которая, убеждена, будет восхвалена, а Пила в очередной раз назовут новатором. У зрителей/критиков с этим режиссером как у Бомарше: «Вбили себе в голову и любят». Несмотря ни на что, отбросив здравый смысл и критическое отношение к увиденному.
Фильм можно охарактеризовать словами одного из его же персонажей: «Похоже на какой-то двинутый перформанс». По непонятной для меня причине обласканный после «Прочь» (который при просмотре почему-то вызывал стойкие аллюзии на замечательную картину «Ключ от всех дверей») Джордан Пил вновь решил быть оригинальным и снял нечто. Нечто скучное, нестрашное, с претензией на глубокую социально-философскую мысль и вторичное. На последнем я настаиваю. Пил, видать, большой поклонник сказок, иначе почему «Мы» так беззастенчиво похож на довольно пугающее произведение Ганса Христиана Андерсена «Тень»?
Семья афроамериканцев с двумя детьми решает отдохнуть в летнем домике. Неожиданно появляется семейство-дубль, предводительница которого, угрожая антикварными ножницами, начинает хрипло рассказывать, что они, мол, тени и пришли взять свое. Дальше группа этих товарищей начинает убивать всех подряд, а титульное семейство – спасаться. Действие периодически протекает во тьме, периодически – на пленэре. Пустота повествования разбавляется криками, бессмысленными разговорами, посредственным философствованием. Картина – собрание клипов: вот десятки белых кроликов коряво прыгают по коридору, вот паренек в пугающей маске сгорает в огне. Красиво, но пусто.
Весь просмотр мучал вопрос: «Если бы главные герои были не чернющими не..рами с выпученными глазами, а обычными европеоидами, фильм смотрелся бы так же?». Что-то сомневаюсь. Это, знаете ли, как в азиатских хоррорах: бледная девочка с длинными черными волосами одним своим видом наводит оторопь. Замени ее на голубоглазую блондинку, и эффект улетучится в момент. Вот на этом и «сыграл» Пил – атмосферные виды, колоритные люди. Вместе они должны были отлечь нас от посредственности посылки ленты.
При желании картине можно придумать смыслы. Например, теорию заговора, согласно которой, нами давно управляют двойники тех, кому мы сами вручили власть. Эти корыстные, злые люди ведут свою нечестную игру, пока их «оригиналы» мучаются где-то в застенках. Или, например, придать картине оккультную/языческую/инопланетную составляющую. Все сгодится Джордану Пилу, чтобы вновь прослыть оригиналом, чтобы с глубокомысленным лицом выдать пустышку, а мы, стесняясь признать, что «Король-то голый», будем аплодировать и морщить лоб, намекая на то, что в фильм для глубоко думающих людей (некогда такое было с «Матрицей», которую не поняли, наверное, порядка 80% зрителей, да и сами-то братья-сестры Вачовски поняли, что сняли?).
«Мы» – крайне слабая лента, которая, убеждена, будет восхвалена, а Пила в очередной раз назовут новатором. У зрителей/критиков с этим режиссером как у Бомарше: «Вбили себе в голову и любят». Несмотря ни на что, отбросив здравый смысл и критическое отношение к увиденному.