Покидая Неверленд

Четырехчасовой фильм, который всколыхнул Америку и по какой-то причине не будет показан по «Первому каналу», вызвал единственное желание – помыть руки. Настолько отталкивающего, убогого впечатления на меня не производила ни одна документальная картина. И дело совсем не в том, что я расположена к Майклу Джексону и готова закрывать глаза на все то, в чем этого бедолагу обвиняли как при жизни, так и после нее. Нет. Сама идея картины, основанная на воспоминаниях двух мужчин, некогда обожавших короля поп-музыки, а спустя 10 лет после его кончины решившие потрясти бельем и рассказать о том, какому леденящему кровь насилию со стороны поп-идола они в детстве подверглись, сомнительна и невероятна алчна.

Уэйд Робсон и Джеймс Сейфчак некогда были миловидными пареньками, обожавшими творчество Майкла Джексона. Обратив на себя внимание последнего, они со временем стали с ним очень близки: жили в его поместье, катались с ним по миру, их родители ощущали себя приближенными к Солнцу небожителями. Когда в начале 90-х музыканта впервые обвинили в растлении малолетних, Робсон и Сейфчак активно и достоверно защищали своего друга (Посмотрите на их показания, вот ведь лгунишки, а! И как обманывают взрослых дядей!),а потом, став взрослыми и так ни в чем не добившись успеха, решили раскрыть «тайну», которая «перевернула их жизнь», и утирая скупые слезы, за 4 часа в подробностях рассказали нам, как Майкл каждую свободную от концертов минуту растлевал их.

Только если удалить из картины их стенания относительно растления, то окажется, что 3 часа 50 минут хронометража – это ностальгические воспоминания о том, каким же счастливым, благополучным, завидным для других было их детство. Каким добрым, внимательным, нежным, отзывчивым был Джексон, как он искренне их любил, заботился о них, как готов был делить с ними внимание, деньги, славу. Вторят Робсону и Сейфчаку их родители, которые, не моргнув, разрешали певцу «пользоваться» их чадами, в то время как сами нежились в мягких постелях Неверленда.

Растлевал этих посредственностей Джексон или нет, наверное, мы никогда не узнаем. Сейчас что угодно можно говорить об ушедшей от нас звезде, по очевидной причине не способной защитить себя от обвинений. Сегодня у нас есть только слова двух мужчин, которые некогда были любимы Джексоном. Когда последний нашел себе новых «друзей», парни затосковали, заревновали, готовы были растлеваться и дальше, лишь бы кумир вновь приблизил их к себе. Так я увидела эту картину. И именно поэтому она мне противна.

Если поглядеть, у представителей западного общества очень тонкая душевная организация: чуть что, нарушают их личное пространство, они выходят из «зоны комфорта», кто-то любым телодвижением наносит им непоправимый моральный ущерб. Мужчины, ужасаясь обвинений в «харрасменте», боятся задержать взгляд на понравившейся им женщине. Теперь не нужно доказательств, достаточно обвинений и потока слез/соплей в прессе. И тогда… Оскароносных актеров выбрасывают из профессии, эпизоды с ними вырезают из снятых фильмов, а в участии в новых отказывают. Поп-идола, совершившего революцию в музыке, можно обвинить в чем угодно. Его голос удаляют из озвучки, от него открещиваются бывшие коллеги. Любой прощелыга/посредственность/бездарность, желая «хайпануть», может оболгать кого угодно, получив пять минут славы и, возможно, компенсацию морального ущерба. Хотите жить в таком обществе? Я нет.