Без преувеличения, это настоящий наркотрип длиной без малого в три часа - употреблявшие могут оценить достоверность видеоэффектам, но по словесным описаниям соответствие полное. А еще это настоящий прорыв в рисованных проекциях реальности, и любой геймер со стажем не раз испытает чувство дежа вю, любуясь полетами над рассвеченными яркими огнями рекламы кварталами Токио с растворенными для удобства зрителя крышами (популярный в играх 90-х “вид сверху” изредка используется и ныне). И еще больше - на следующих “уровнях”, наблюдая за происходящим из глаз героя или из-за его плеча...
Жаль, что все визуальное великолепие используется всего лишь для экранизации банального по сути мелодраматического сюжета. Потерявшие родителей (жуткая сцена аварии повторяется неоднократно, и каждый раз мощно воздействует эмоционально за счет добавляющихся деталей вроде детской истерики) брат с сестрой невнятно копошатся на криминальном дне японской столицы. Структура этого копошения, хоть и нелинейна, все ж достаточно четка: наркотические галлюцинации и поход “под кайфом”, внезапная смерть героя, ретроспектива его взаимоотношений с сестрой, торчками и такой-то матерью, а под конец - самое художественное порно со времен “Калигулы” (хотя, если уж дорисовали свечение, могли и органы дорисовать?) в качестве иллюстрации тибетской Книги Мертвых. Но все это происходит чрезвычайно неторопливо, и несмотря на завораживающую красоту некоторых глюков (а режиссер явно не ставил целью отвратить зрителя от употребления меняющих сознание субстанций) и несколько шокирующих до нервного смеха моментов не одного меня терзало ощущение затянутости картины - зал явно порадовался, увидев The End вместо титров. То есть, с одной стороны, вроде как есть на что посмотреть на большом экране, а с другой - постоянно жалеешь, что нет под рукой кнопочки ускоренной перемотки.
Жаль, что все визуальное великолепие используется всего лишь для экранизации банального по сути мелодраматического сюжета. Потерявшие родителей (жуткая сцена аварии повторяется неоднократно, и каждый раз мощно воздействует эмоционально за счет добавляющихся деталей вроде детской истерики) брат с сестрой невнятно копошатся на криминальном дне японской столицы. Структура этого копошения, хоть и нелинейна, все ж достаточно четка: наркотические галлюцинации и поход “под кайфом”, внезапная смерть героя, ретроспектива его взаимоотношений с сестрой, торчками и такой-то матерью, а под конец - самое художественное порно со времен “Калигулы” (хотя, если уж дорисовали свечение, могли и органы дорисовать?) в качестве иллюстрации тибетской Книги Мертвых. Но все это происходит чрезвычайно неторопливо, и несмотря на завораживающую красоту некоторых глюков (а режиссер явно не ставил целью отвратить зрителя от употребления меняющих сознание субстанций) и несколько шокирующих до нервного смеха моментов не одного меня терзало ощущение затянутости картины - зал явно порадовался, увидев The End вместо титров. То есть, с одной стороны, вроде как есть на что посмотреть на большом экране, а с другой - постоянно жалеешь, что нет под рукой кнопочки ускоренной перемотки.