В восьмидесятые, по крайней мере в провинции, научно-фантастических книг зарубежных авторов были такой редкостью, что каждый год мне их приходилось перечитывать заново. Неудивительно, что за последние лет 15 я больше ни разу к рассказам Брэдбери не прикоснулся - в нашей библиотеке они почему-то были особо популярны. Но “Будет ласковый день” помню и по сей день, не в последнюю очередь благодаря потрясающе атмосферному мультфильму узбекских аниматоров по его мотивам. И потому был очень приятно удивлен, что совместное детище Бертона, Бекмамбетова и малоизвестного доселе американского режиссера очень напомнило это воплощение безнадеги - разумеется, в ультрасовременном исполнении и с полноформатной историей.
Главный и неоспоримый плюс ленты - визуальный ряд. Цветов маловато, но в мире “Девяти” вообще мало чего осталось. Зато детализация персонажей и сочность декораций (а особенно их компоновка в эпизодах в соборе),легко позволяет забыть, что все увиденное на экране кто-то рисовал, а не снимал, проникнув с камерой в параллельный мир сказки-антиутопии. Буквально каждый второй кадр так и просится картинкой на рабочий стол - да что там на стол, в рамочку на стену! Музыкальное сопровождение умеренно-ненавязчивое, но по крайней мере один момент - с заглушающей поступь неумолимого монстра пластинкой (еще один “привет” узбекам?) - запомнится любому. Дизайн самих персонажей, конечно, очень непривычный - настолько, что его даже в отдельный поджанр выделили: стич-панк (от stitch - стежок, шов). Очень плавная анимация, впрочем, быстро приучит воспринимать холщовых кукол как живых существ - в отличие от нарочито скелетообразных роботов. Чудовища тоже с впечатляющей изобретательностью созданы - что сама Машина, что ее летучие и ползучие детища особо впечатлительных зрителей наверняка еще посетят в ночных кошмарах, очень уж драматически обставлено их появление.
Что же до сюжета в целом - конечно, он не безупречен, хотя Дмитрий Глуховский и провел, действительно, немалую работу по развитию “духовной” части. Дополнил, например, восторженно-панические записки Профессора чересчур возвышенными для настоящего дневника помыслами и прибавил значимости семейной жизни этого ключевого персонажа, хоть и мертвого на протяжении собственно фильма. Но даже оставшись мрачной сказкой, “Девять” по воздействию гораздо ближе к творениям того же Брэдбери и Кафки, чем даже к таким всевозрастным блокбастерам как “Валл-И” и “Вверх”. Привкус свершившейся катастрофы и гнетущая обреченность ощущается в любой сцене, кроме достаточно редких боевых - даже финал лишь чуть-чуть светлее по оттенку. Не всякий ребенок сможет принять такое безболезненно, но дети и не являются целевой аудиторией фильма. А вот взрослым, наделенным хоть какой-то властью и способным менять среду обитания, надо бы такие истории в обязательном порядке показывать. Наш мир ведь, действительно, уже давно пора спасать...
Главный и неоспоримый плюс ленты - визуальный ряд. Цветов маловато, но в мире “Девяти” вообще мало чего осталось. Зато детализация персонажей и сочность декораций (а особенно их компоновка в эпизодах в соборе),легко позволяет забыть, что все увиденное на экране кто-то рисовал, а не снимал, проникнув с камерой в параллельный мир сказки-антиутопии. Буквально каждый второй кадр так и просится картинкой на рабочий стол - да что там на стол, в рамочку на стену! Музыкальное сопровождение умеренно-ненавязчивое, но по крайней мере один момент - с заглушающей поступь неумолимого монстра пластинкой (еще один “привет” узбекам?) - запомнится любому. Дизайн самих персонажей, конечно, очень непривычный - настолько, что его даже в отдельный поджанр выделили: стич-панк (от stitch - стежок, шов). Очень плавная анимация, впрочем, быстро приучит воспринимать холщовых кукол как живых существ - в отличие от нарочито скелетообразных роботов. Чудовища тоже с впечатляющей изобретательностью созданы - что сама Машина, что ее летучие и ползучие детища особо впечатлительных зрителей наверняка еще посетят в ночных кошмарах, очень уж драматически обставлено их появление.
Что же до сюжета в целом - конечно, он не безупречен, хотя Дмитрий Глуховский и провел, действительно, немалую работу по развитию “духовной” части. Дополнил, например, восторженно-панические записки Профессора чересчур возвышенными для настоящего дневника помыслами и прибавил значимости семейной жизни этого ключевого персонажа, хоть и мертвого на протяжении собственно фильма. Но даже оставшись мрачной сказкой, “Девять” по воздействию гораздо ближе к творениям того же Брэдбери и Кафки, чем даже к таким всевозрастным блокбастерам как “Валл-И” и “Вверх”. Привкус свершившейся катастрофы и гнетущая обреченность ощущается в любой сцене, кроме достаточно редких боевых - даже финал лишь чуть-чуть светлее по оттенку. Не всякий ребенок сможет принять такое безболезненно, но дети и не являются целевой аудиторией фильма. А вот взрослым, наделенным хоть какой-то властью и способным менять среду обитания, надо бы такие истории в обязательном порядке показывать. Наш мир ведь, действительно, уже давно пора спасать...