Шведская модель мироздания, представленная режиссером Андерсоном в тривиальном артхаусном произведении, погружает зрителя в атмосферу дождливого сплина с проблесками тонкого юмора и изящно спрятанными эмоциональными кульминациями. Местами бессвязная сюжетная линия, составленная из вполне реалистичных жизненных зарисовок, и невычурно надуманных абсурдных эпизодов дополняется большим количеством "кричащих" немых сцен со статичной съемкой. Каждый персонаж фильма существует в кадре как бы помимо остального мира и несет свое отличное восприятие трагичности мироздания, дополняя его безмолвием и превращая проблему человеческого взаимопонимания в "безвыходные монологи". Некторые моменты фильма поражают своей двойственностью, и не знаешь то ли смеяться, то ли взгрустнуть и задуматься. Визуальный и звуковой ряд фильма создает какое-то свое настроение, а еще после картины мне снилось множество удивительных снов...
Шведская модель мироздания, представленная режиссером Андерсоном в тривиальном артхаусном произведении, погружает зрителя в атмосферу дождливого сплина с проблесками тонкого юмора и изящно спрятанными эмоциональными кульминациями. Местами бессвязная сюжетная линия, составленная из вполне реалистичных жизненных зарисовок, и невычурно надуманных абсурдных эпизодов дополняется большим количеством "кричащих" немых сцен со статичной съемкой. Каждый персонаж фильма существует в кадре как бы помимо остального мира и несет свое отличное восприятие трагичности мироздания, дополняя его безмолвием и превращая проблему человеческого взаимопонимания в "безвыходные монологи". Некторые моменты фильма поражают своей двойственностью, и не знаешь то ли смеяться, то ли взгрустнуть и задуматься. Визуальный и звуковой ряд фильма создает какое-то свое настроение, а еще после картины мне снилось множество удивительных снов...