Эту рецензию обозреватель «Киноафиши» посвящает своей дочери, которой, как раз в эти минуты исполняется 14 лет. Пусть она никогда не изведает такого…
В 1986 году, в месяце, финиширующем весну, у краев Советского Союза, так и именуемых Украиной, на время зажглась новая звезда. Она осветила своим неземным сиянием территорию небольшого городка. Она пронеслась странным бесшумным ветром по человеческим организмам, вывеивая красные кровяные тельца из несущей жизнь субстанции. Она очертила своей вспышкой старт развала великой империи. Взрыв ядерного реактора на четвертом энергоблоке атомной электростанции в Чернобыле для многих символизировал жизненный разлом. Уезжая из города на три дня, эвакуируемые горожане даже не подозревали, что покидают отчий дом навсегда. Там, в Припяти, городе атомщиков, жизнь остановилась на роковой точке отсчета пожара ядерного реактора.
И были автобусы с уходящими в неизвестность горожанами. И были пожарные, своими телами закрывавшие бушующий атомный ураган. И была лучевая болезнь, косившая спасателей. И были герои, жертвовавшие смертельно облученным воинам костный мозг. А, кто не знает, пересадка костного мозга, это широкой иглой… в позвоночник… мучительно и долго. И была первомайская демонстрация в Киеве, которую испугались отменить, бомбардируя, однако, тучи с целью рассеивания радиоактивных осадков по безропотным деревням. И был шлейф, захвативший пол-Европы, заразивший почти всю Белоруссию и дошедший до Смоленска.
Практически ничего этого в фильме «Аврора» кинозритель не увидит. История ядерного противостояния рукотворной стихии и человека пунктирной линией пробежит через повествование с тем, чтобы оттенить трогательный рассказ о воспитаннице детского дома, влюбленной в искусство балета и его ньюсмейкера Ника Астахова. Одиннадцатилетняя Аврора, проживающая в казенном доме среди еще более четырехсот воспитанников, одержима искусством танца под музыку. Вырезав из журнальной обложки фотографию кумира в качестве иконы, она в каждую свободную секунду играет воображаемую жизнь балерины. Аврора делает па, Аврора кланяется, Аврора подлетает в прыжке, страхуемая партнером. А еще Аврора очень любит отца, знающего, что подарить в подарок своей девочке на самый лучший в мире праздник. Увы, и отец, и балет являются всего лишь плодом воображения стремительно взрослеющей героини.
Реальность разворачивает жизнь Авроры в сторону, альтернативную девичьим грезам. На дворе апрель 1986 года. Скоро сполохом ночи грянет ядерный взрыв ярче тысячи Солнц. Охваченная страхом за пожарного, напоминающего подкидышу давно утраченного отца, девочка бежит за его машиной, несущейся на тушение энергоблока, и попадает в эпицентр вихря Гейгера. Теперь облученного ребенка не может спасти никто и ничто. Впрочем, до поры ей везет. В составе малочисленной группировки пострадавших от лучевой болезни, героиня попадает в Нью-Йоркскую клинику, спасающую пораженных радиацией детей.
В это же время, в другом отделении госпиталя проходит лечение потерявший интерес к жизни мультимиллионер, звезда мирового балета Николай Астахов, эмигрировавший из опостылевшего Совка лет десять назад. Заработанные трудом и упорством дензнаки не приносят удовлетворения артисту. Он ненавидит сына за бездарность, стремится изгнать беременность из чрева своей подружки, даже зашедшей на огонек в палату Авроре Ник пытается представиться другим человеком, зачеркнувшим прошлое. Но что-то светлое просыпается в душе, казалось бы, полностью очерствевшего человека, когда на экране телевизора он увидит репортажи из Чернобыля. Девочка, случайно забежавшая в жизнь артиста, словно фея из детской сказки, возрождает душу Николая, принуждая отворить сердце потокам любви к окружающему миру.
Дамы и господа, невзирая на посвящение проекта «Аврора» двадцатилетию страшной техногенной катастрофы, несмотря на душераздирающие сцены эвакуации Припяти, несмотря на шоковую терапию вброса ядерного вихря в нормальную жизнь, собственно Чернобыльской трагедии в ее макромасштабах посвящено едва ли пятнадцать процентов экранного времени. Все же остальное время зритель будет наблюдать за отчаянными попытками маленького человечка выжить, несмотря на страшный, убийственный недуг. Оксана Байрак не увлекается съемками натуралистичных сцен медицинских процедур или показом обожженного излучением тела девочки. Украинский режиссер, первой сделавшая Чернобыльскую катастрофу полноценным участником кинопроекта, показывает обожженную душу ребенка, понимающего смысл слова «обреченность» по отношению к себе самой. И, кроме того, изображая нравственное возрождение балерунщика-миллионера под влиянием общения с уходящей в никуда, Байрак словно кричит в заросшие тиной конформизма уши: «Вглядитесь в мир. Будьте людьми. Никто не безнадежен».
Уважаемый кинозритель, фильм «Аврора» чрезвычайно полезен для просмотра. Он чистит авгиевы конюшни души, подставляя освобожденные от грязи места навстречу яркому Солнцу любви. Но фильм «Аврора» необычайно труден для просмотра, потому что даже самый крепкий и натренированный на преодоление чужого горя человек вряд ли сумеет сдержать подступающие рыдания, возникающие под влиянием спазмов, рождающихся где-то там, так глубоко, что, казалось бы, до этих закоулков сердечных клапанов уже не добраться. Слезы жалости и боли, в отличие от воздействия дешевых телевизионных сериалов, не выжимаются иллюстрацией нарочитых переживаний. Они рождаются при возникновении эмоционального контакта с маленькой принцессой, неподражаемо сыгранной Настей Зюркаловой.
Оказывается, для того чтобы зритель на несколько мгновений оказался подчинен нерву фильма, совершенно не нужны имитационные фейерверки бурлящих псевдожизнью эпизодов. Достаточно лишь посмотреть в изображаемое крупным планом лицо ребенка, маленькой девочки, лишаемой копны своих волос и понимающей, что вместе с этими отстригаемыми кусочками плоти уходит из ее организма часть жизни. Самый сногсшибательный, самый шокирующий, самый проникновенный в фильме эпизод, буквально размазывающий зрителя по креслу эмоциональным шоком, оказывается на поверку всего лишь движением лица от лика детства к лику смерти, отыгранным с филигранной техникой актерского мастерства.
Граждане и товарищи, дамы и господа, леди и джентльмены, синефилы и киноманы, Вы не отдохнете на просмотре этого фильма. Ваша душа скукожится и закричит синим пламенем боли и страсти к жизни. В процессе постижения сюжета Вы заметите, как улетает прочь шелуха наносного, суетного, неглавного. Но, по окончании фильма, разглядев в финале очистительный кордебалет спящих красавиц, Вы вспомните, казалось бы, набившую оскомину фразу про все сокровища мира, не заслуживающие того, чтобы с лица ребенка скатилась слеза. Поверьте, оно того стоит.
Эту рецензию обозреватель «Киноафиши» посвящает своей дочери, которой, как раз в эти минуты исполняется 14 лет. Пусть она никогда не изведает такого…
В 1986 году, в месяце, финиширующем весну, у краев Советского Союза, так и именуемых Украиной, на время зажглась новая звезда. Она осветила своим неземным сиянием территорию небольшого городка. Она пронеслась странным бесшумным ветром по человеческим организмам, вывеивая красные кровяные тельца из несущей жизнь субстанции. Она очертила своей вспышкой старт развала великой империи. Взрыв ядерного реактора на четвертом энергоблоке атомной электростанции в Чернобыле для многих символизировал жизненный разлом. Уезжая из города на три дня, эвакуируемые горожане даже не подозревали, что покидают отчий дом навсегда. Там, в Припяти, городе атомщиков, жизнь остановилась на роковой точке отсчета пожара ядерного реактора.
И были автобусы с уходящими в неизвестность горожанами. И были пожарные, своими телами закрывавшие бушующий атомный ураган. И была лучевая болезнь, косившая спасателей. И были герои, жертвовавшие смертельно облученным воинам костный мозг. А, кто не знает, пересадка костного мозга, это широкой иглой… в позвоночник… мучительно и долго. И была первомайская демонстрация в Киеве, которую испугались отменить, бомбардируя, однако, тучи с целью рассеивания радиоактивных осадков по безропотным деревням. И был шлейф, захвативший пол-Европы, заразивший почти всю Белоруссию и дошедший до Смоленска.
Практически ничего этого в фильме «Аврора» кинозритель не увидит. История ядерного противостояния рукотворной стихии и человека пунктирной линией пробежит через повествование с тем, чтобы оттенить трогательный рассказ о воспитаннице детского дома, влюбленной в искусство балета и его ньюсмейкера Ника Астахова. Одиннадцатилетняя Аврора, проживающая в казенном доме среди еще более четырехсот воспитанников, одержима искусством танца под музыку. Вырезав из журнальной обложки фотографию кумира в качестве иконы, она в каждую свободную секунду играет воображаемую жизнь балерины. Аврора делает па, Аврора кланяется, Аврора подлетает в прыжке, страхуемая партнером. А еще Аврора очень любит отца, знающего, что подарить в подарок своей девочке на самый лучший в мире праздник. Увы, и отец, и балет являются всего лишь плодом воображения стремительно взрослеющей героини.
Реальность разворачивает жизнь Авроры в сторону, альтернативную девичьим грезам. На дворе апрель 1986 года. Скоро сполохом ночи грянет ядерный взрыв ярче тысячи Солнц. Охваченная страхом за пожарного, напоминающего подкидышу давно утраченного отца, девочка бежит за его машиной, несущейся на тушение энергоблока, и попадает в эпицентр вихря Гейгера. Теперь облученного ребенка не может спасти никто и ничто. Впрочем, до поры ей везет. В составе малочисленной группировки пострадавших от лучевой болезни, героиня попадает в Нью-Йоркскую клинику, спасающую пораженных радиацией детей.
В это же время, в другом отделении госпиталя проходит лечение потерявший интерес к жизни мультимиллионер, звезда мирового балета Николай Астахов, эмигрировавший из опостылевшего Совка лет десять назад. Заработанные трудом и упорством дензнаки не приносят удовлетворения артисту. Он ненавидит сына за бездарность, стремится изгнать беременность из чрева своей подружки, даже зашедшей на огонек в палату Авроре Ник пытается представиться другим человеком, зачеркнувшим прошлое. Но что-то светлое просыпается в душе, казалось бы, полностью очерствевшего человека, когда на экране телевизора он увидит репортажи из Чернобыля. Девочка, случайно забежавшая в жизнь артиста, словно фея из детской сказки, возрождает душу Николая, принуждая отворить сердце потокам любви к окружающему миру.
Дамы и господа, невзирая на посвящение проекта «Аврора» двадцатилетию страшной техногенной катастрофы, несмотря на душераздирающие сцены эвакуации Припяти, несмотря на шоковую терапию вброса ядерного вихря в нормальную жизнь, собственно Чернобыльской трагедии в ее макромасштабах посвящено едва ли пятнадцать процентов экранного времени. Все же остальное время зритель будет наблюдать за отчаянными попытками маленького человечка выжить, несмотря на страшный, убийственный недуг. Оксана Байрак не увлекается съемками натуралистичных сцен медицинских процедур или показом обожженного излучением тела девочки. Украинский режиссер, первой сделавшая Чернобыльскую катастрофу полноценным участником кинопроекта, показывает обожженную душу ребенка, понимающего смысл слова «обреченность» по отношению к себе самой. И, кроме того, изображая нравственное возрождение балерунщика-миллионера под влиянием общения с уходящей в никуда, Байрак словно кричит в заросшие тиной конформизма уши: «Вглядитесь в мир. Будьте людьми. Никто не безнадежен».
Уважаемый кинозритель, фильм «Аврора» чрезвычайно полезен для просмотра. Он чистит авгиевы конюшни души, подставляя освобожденные от грязи места навстречу яркому Солнцу любви. Но фильм «Аврора» необычайно труден для просмотра, потому что даже самый крепкий и натренированный на преодоление чужого горя человек вряд ли сумеет сдержать подступающие рыдания, возникающие под влиянием спазмов, рождающихся где-то там, так глубоко, что, казалось бы, до этих закоулков сердечных клапанов уже не добраться. Слезы жалости и боли, в отличие от воздействия дешевых телевизионных сериалов, не выжимаются иллюстрацией нарочитых переживаний. Они рождаются при возникновении эмоционального контакта с маленькой принцессой, неподражаемо сыгранной Настей Зюркаловой.
Оказывается, для того чтобы зритель на несколько мгновений оказался подчинен нерву фильма, совершенно не нужны имитационные фейерверки бурлящих псевдожизнью эпизодов. Достаточно лишь посмотреть в изображаемое крупным планом лицо ребенка, маленькой девочки, лишаемой копны своих волос и понимающей, что вместе с этими отстригаемыми кусочками плоти уходит из ее организма часть жизни. Самый сногсшибательный, самый шокирующий, самый проникновенный в фильме эпизод, буквально размазывающий зрителя по креслу эмоциональным шоком, оказывается на поверку всего лишь движением лица от лика детства к лику смерти, отыгранным с филигранной техникой актерского мастерства.
Граждане и товарищи, дамы и господа, леди и джентльмены, синефилы и киноманы, Вы не отдохнете на просмотре этого фильма. Ваша душа скукожится и закричит синим пламенем боли и страсти к жизни. В процессе постижения сюжета Вы заметите, как улетает прочь шелуха наносного, суетного, неглавного. Но, по окончании фильма, разглядев в финале очистительный кордебалет спящих красавиц, Вы вспомните, казалось бы, набившую оскомину фразу про все сокровища мира, не заслуживающие того, чтобы с лица ребенка скатилась слеза. Поверьте, оно того стоит.