В целях экономии времени читателя рецензию на фильм Романа Полански «Оливер Твист» можно ограничить одним названием и пояснением причин именно такого заглавия. Действительно, рецензировать сюжет нашумевшего в свое далекое время романа британского писателя девятнадцатого столетия – крайне неблагодарное занятие. Образованные зрители прочитали его еще в средней школе. Необразованные – все равно не посетят кинотеатр, демонстрирующий классическую экранизацию…
А посему, будем кратки. С нашей точки зрения, вальс двулик. С одной стороны – это один из наиболее красивых танцев, в которых медленное скольжение дает возможность партнерам почувствовать грациозность друг друга и полностью раскрыться в процессе производства па. С другой стороны, этот танец классичен. Мало что изменилось в его движениях с момента появления в салонах. Вот так и Роман Полански снял абсолютно классическую экранизацию романа Чарльза Диккенса, практически не отклоняясь от литературного первоисточника.
Перед зрителем снова возникает история десятилетнего мальчика, которого сдали в работный дом и который начал свой скорбный и непредсказуемый путь из грязи в князи, мог сгинуть в безднах доиндустриального Лондона, но, который преуспел благодаря честности характера и твердости духа. Зритель снова вспомнит страницы романа при помощи творчества Романа. Нищета развивающегося города, трущобы, соседствующие с дворцами, маленькие бродяги, чьим источником к существованию является воровство на рынках, добрые баре, способные вытащить симпатичного мальчугана к процветанию, Сонечки Мармеладовы а-ля Инглиш, на лицо ужасные от последствий занятий первой древнейшей профессией, добрые внутри и т.д. Если бы Полански снимал этот фильм в эпоху зарождения Голливуда, то у него получился бы такой же классический, добротный, костюмно-постановочный и на редкость скучный фильм.
Впрочем, может быть, в шестидесятые годы прошлого столетия эта скука была бы не так заметна. На дворе была эпоха экранизаций исторических романов. И тождество фильма с его первоисточником являлось скорее достоинством, чем недостатком. В наше же бурностремительное время возвращение к бытописанию жестокого лица Лондона начала девятнадцатого века способно, как нам представляется, породить, в лучшем случае, ностальгию по средней школе, в худшем случае, непонимание, а зачем сейчас погружаться в это дно. Выйди на улицу к трем вокзалам, уважаемый зритель. Ты увидишь такие страсти, которые и не снились только что бросившемуся в капитализм Лондону. Именно здесь – жизнь. А на экране перед тобой промелькнет всего лишь давно известная сказка, как один богатый чудик помог одному нищему мальчику выбраться из мафиозной группировки и начать карьеру книготорговца. Читали-плавали-знаем. Вот бы сюда этого благодетеля Браунлоу. Посмотреть бы, сколько времени он сможет быть уверенным в правоте своих фантазий и иллюзий.
В целях экономии времени читателя рецензию на фильм Романа Полански «Оливер Твист» можно ограничить одним названием и пояснением причин именно такого заглавия. Действительно, рецензировать сюжет нашумевшего в свое далекое время романа британского писателя девятнадцатого столетия – крайне неблагодарное занятие. Образованные зрители прочитали его еще в средней школе. Необразованные – все равно не посетят кинотеатр, демонстрирующий классическую экранизацию…
А посему, будем кратки. С нашей точки зрения, вальс двулик. С одной стороны – это один из наиболее красивых танцев, в которых медленное скольжение дает возможность партнерам почувствовать грациозность друг друга и полностью раскрыться в процессе производства па. С другой стороны, этот танец классичен. Мало что изменилось в его движениях с момента появления в салонах. Вот так и Роман Полански снял абсолютно классическую экранизацию романа Чарльза Диккенса, практически не отклоняясь от литературного первоисточника.
Перед зрителем снова возникает история десятилетнего мальчика, которого сдали в работный дом и который начал свой скорбный и непредсказуемый путь из грязи в князи, мог сгинуть в безднах доиндустриального Лондона, но, который преуспел благодаря честности характера и твердости духа. Зритель снова вспомнит страницы романа при помощи творчества Романа. Нищета развивающегося города, трущобы, соседствующие с дворцами, маленькие бродяги, чьим источником к существованию является воровство на рынках, добрые баре, способные вытащить симпатичного мальчугана к процветанию, Сонечки Мармеладовы а-ля Инглиш, на лицо ужасные от последствий занятий первой древнейшей профессией, добрые внутри и т.д. Если бы Полански снимал этот фильм в эпоху зарождения Голливуда, то у него получился бы такой же классический, добротный, костюмно-постановочный и на редкость скучный фильм.
Впрочем, может быть, в шестидесятые годы прошлого столетия эта скука была бы не так заметна. На дворе была эпоха экранизаций исторических романов. И тождество фильма с его первоисточником являлось скорее достоинством, чем недостатком. В наше же бурностремительное время возвращение к бытописанию жестокого лица Лондона начала девятнадцатого века способно, как нам представляется, породить, в лучшем случае, ностальгию по средней школе, в худшем случае, непонимание, а зачем сейчас погружаться в это дно. Выйди на улицу к трем вокзалам, уважаемый зритель. Ты увидишь такие страсти, которые и не снились только что бросившемуся в капитализм Лондону. Именно здесь – жизнь. А на экране перед тобой промелькнет всего лишь давно известная сказка, как один богатый чудик помог одному нищему мальчику выбраться из мафиозной группировки и начать карьеру книготорговца. Читали-плавали-знаем. Вот бы сюда этого благодетеля Браунлоу. Посмотреть бы, сколько времени он сможет быть уверенным в правоте своих фантазий и иллюзий.