Венецианский купец

РецензияКсении Антоновой

ШЕКСПИР В МОДЕ.
Дополнения вроде «опять» или «всегда» излишни.

Его цитируют везде – от шедевров мирового кинематографа до вокзальных заборов. Фильмы, так или иначе касающиеся его имени, выходят каждый год. А то и чаще. И вот – еще одна экранизация.

Представьте себе (я понимаю, это может оказаться нелегко, но – ради эксперимента, прошу вас),что из Шекспира вы читали, допустим, пару-тройку сонетов, «Гамлета» и «Ромео и Джульетту». Это школьная программа. Еще слышали, что его перу принадлежат и другие пьесы, и среди них есть какое-то количество комедий; вы даже знаете многие названия, но почитать времени не нашлось. И вот вы увидели одно из таких названий на афише фильма. Еще вы, конечно, не пропустили на ней некоторый портрет (но о нем позже) – долго думать не пришлось, и вот вы уже в темном зале перед светящимся экраном. Надеюсь, без попкорна.

Чем ближе финал, тем больше вы начинаете сомневаться: вам ведь казалось, что «Венецианский купец» - комедия, нет, вы были уверены, что это комедия… Только вот развязка того и гляди сорвется в уже знакомую по трагедиям пропасть отчаяния. И дело вовсе не в непоследовательности Уильяма Шекспира или Майкла Рэдфорда. Кажется, что это не персонажи действуют по прихоти сценариста, а актеры – по своей собственной. «Здесь-и-сейчас» – самое дорогое качество Театра, которое каким-то волшебством перенеслось на экран.

Теперь о портрете. То есть, конечно, о том, кто изображен в афише на первом плане. Рука не поднимается оставить рецензию без аплодисментов в его адрес! Да, все актеры великолепны, но Аль Пачино не просто потрясающе сыграл (это можно сказать и, не посмотрев фильма). Нет, он не переворачивал всю мораль пьесы, весь ее смысл. Он просто создал из одной пьесы две. И вы можете смотреть пьесу Шекспира, несколько недоумевая, что это старый куркуль о себе возомнил; вы можете смотреть пьесу Аль Пачино, опять же, теряясь в догадках: пропажа дочери или денег его все-таки больше тревожит (ища доказательства тому, что конечно, дочери); и, наконец, никто вам не мешает смотреть обе пьесы сразу – и сопереживать персонажу как живому человеку со своими (не)большими слабостями и со своей (не)большой гордостью.

И еще, напоследок. Принявшись в ночь перед пресс-показом судорожно читать «Венецианского купца», я все мучилась вопросом: зачем – сейчас – выпускать – очередную – экранизацию – да еще и Шекспира?
Ответ есть.
Приятного просмотра!

__________________________________________________________________________

РецензияАлександра Фельдмана

Венецианский купец.

Знаменитый британец Майкл Рэдфорд снял каноническую экранизацию пьесы Шекспира, умудрившись вместить пять действий в два часа экранного времени. Без подвохов и неожиданных решений зрителю предлагается насладиться классическими диалогами в антураже средневековой Венеции, естественно, наполненной гондолами, масками, золотом, развратом, нетерпимостью и водоплавающими птицами, самым эффектным из которых представляется черный лебедь, обитающий в поместье Бельмонт (материковая часть). Главный герой пьесы — еврей-ростовщик Шейлок в исполнении Аль Пачино предстает эдаким монстром, дьяволом во плоти — последние слова звучат из уст его слуги Ланчелота, — язычником, для которого нет на свете врага злее, чем добропорядочный христианин, дающий беспроцентные кредиты. И морской купец Антонио — у Шекспира кристальной души человек, рубаха-парень, готовый даже на смерть ради помощи другу, но ярый антисемит — как нельзя лучше подходит на роль жертвы Шейлока. С 1598 года, когда творение английского драматурга увидело свет, много воды утекло, устои общества, а следом за ними и мораль, претерпели значительные изменения. Так что теперь, чтобы избежать нападок со стороны еврейских общественных и религиозных организаций, авторам пришлось, как бы извиняя звериный нрав Шейлока, в самом начале, посредством титров, дать на их взгляд необходимые пояснения: дескать, жизнь у Шейлока была не сахар, сам он жил в гетто, а выходя на улицу обязан был покрывать голову красным беретом, причем любой проходящий мимо мог запросто ударить, плюнуть или обругать иноземца; работать он не имел права, и, посему, выбора иного занятия, кроме как ростовщичество, у него попросту не было. Однако все эти реверансы в сторону многострадального еврейского народа, доведенного до состояния агрессии, как-то не очень вяжутся с поступками Шейлока и вовсе не добавляют симпатии к нему, даже несмотря на великолепное органичное существование в этом образе Аль Пачино. Другое дело Антонио. Авторы фильма позволили себе некоторую вольность, изобразив героя, тип которого воплотил Джереми Айронс, влюбленным в своего молодого друга Бассанио (Джозеф Файнс),ибо в наше время трудно иным способом объяснить то бескорыстное самопожертвование, которое он совершил ради него, причем стыдливые гомосексуальные мотивы, по моему мнению, лишь мешают фильму, направляя зрителя по ложному следу, так как Шекспир задумывал Антонио чуть ли не ангелом без каких-либо видимых пороков, но вот в соперничестве ангела (Антонио) и беса (Шейлока) и заключается главная интрига пьесы.

Что касается актерских работ, то помимо великолепного исполнительского мастерства Аль Пачино и Джереми Айронса, хотелось бы выделить вполне зрелую игру Джозефа Файнса и более или менее удачное воплощение образа Порции в исполнении Линн Коллинз, до этого замеченную лишь в американских молодежных комедиях. Правда, она явно перебарщивает хлопаньем своих прелестных глаз, когда у Шекспира Порция — не только прекраснейшая девушка на земле, но еще и умная, даже мудрая, особа, одаренная не только ораторским искусством, но и незаурядной смекалкой.

В целом же можно сказать, что кино сделано на высочайшем профессиональном уровне, и в первую очередь будет интересно тем, кто обожает классику, в частности знаменитые шекспировские экранизации Франко Дзеффирелли, а также послужит учебным пособием всем, кто не знаком с «Венецианским купцом», ведь так приятно будет узнать полный текст пьесы людям, которые до этого слышали лишь фразу из нее: «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры».

________________________________________________________________________

РецензияГеннадия Краббе

Один фунт чистой классики.

Перед нами, очередная экранизация произведения «Вильяма, нашего, Шекспира», осуществленная американцем Майклом Радфордом. То, что принято считать прерогативой театра, уже не в первый раз прорывается на широкие экраны. Иногда, правда, это происходило в адаптированной к современной действительности модификации.

Действие «Венецианского купца» происходит в Венеции в 1569 году, (время не сместилось никуда, к счастью). Поначалу, на первый план выходит старание художников постановщиков и художника по костюмам, правдоподобно воссоздавших эпоху: многочисленные гондолы, бархатные жакеты, роскошные платья, антикварная мебель, живопись и пр. Нет, Венеция 16 века отнюдь не вылизана и рафинирована, это скорее нечистоплотно разгульное, беззаботное пространство для любовных интриг.

Сюжет, сей канонической вещицы, таков: купец Антонио (Джереми Айронс) и молодой повеса Бассанио (Джо Финнес) – друзья не разлей вода. Бассанио задумывает сватовство к прекрасной Порции (Линн Коллинз),Антонио же, не раздумывая, идет занять для друга 3 000 дукатов у хитрого ростовщика Шейлока (Аль Пачино),под залог фунта собственной плоти.

Кажется, что зрителю предстоит довольно безопасное зрелище, но в свете событий происходивших после шестнадцатого века, фильм, местами, кажется чудовищно не политкорректным. Этих мест, в общем-то, два.

Во-первых, Шейлок – еврей, подвергнутый изоляции в даже весьма либеральной и терпимой Венеции. Плевки в лицо, режущее слух слово «жид». Хоть все это - фон захватывающих сюжетных перипетий, чудовищно мешает восприятию. Просто, праздник для нациста какой-то.

Во-вторых, трактовка дружбы Антонио и Бассанио, пугающе гомосексуальна. Постоянные лобызания, направляют мысли современного человека в совершенно определенное русло. Умение абстрагироваться, необходимо, как никогда.

Текст подвергнулся сравнительно небольшой адаптации, следовательно, неизбежны длинные статичные сцены, в которых до мелочей видно качество актерской игры. Аль Пачино, произносит, наверное, длиннейшие из монологов за всю свою карьеру. Джереми Айронс играет так, что не представляется возможным заменить его кем-либо ещё. На фоне этих мастодонтов, не оплошала и Линн Коллинз («Из 13 в 30»),которая была приглашена, в качестве адекватной замены беременной Кэйт Бланшет.

Подозреваю, что просмотр фильма на английском языке, может послужить не только развлекательным, но и извечным образовательным целям, учитывая непревзойденный первоисточник.