Всадник по имени смерть

В 1923 году ВЧК провела блестящую операцию по разгрому контрреволюционного подполья в России. Несколько лет чекисты, создавшие фиктивную монархическую контрреволюционную организацию во главе с бывшим действительным статским советником Александром Александровичем Якушевым, разочаровавшимся в белом движении, дурачили эмиграцию в Чехии, Германии, Франции. Долгие годы водили за нос, обрекая на бездействие осевших за рубежом генералов Кутепова, Врангеля, добрались даже до великого князя Николая Николаевича, дядюшки царя. Одним из итогов этой операции под кодовым названием «Трест» стал арест крупнейшего в истории России террориста Бориса Савинкова, закончившего впоследствии свою жизнь во дворе Лубянской тюрьмы.

Новый кинофильм Карена Шахназарова «Всадник по имени смерть» коснется этих событий лишь в конце, бесстрастно зафиксировав размозженный череп Савинкова, лежащего в неестественной позе после прощального полета из окна здания на Лубянке. Выступая перед премьерой кинофильма, которая прошла в кинотеатре «Пушкинский», режиссер Шахназаров сказал, что эта кинокартина важна не столько своими параллелями с современными реалиями, сколько откровенным портретом явления по имени «Терроризм», явления бесчеловечного, беспощадного, уничтожающего личность, как жертвы, так и палача.

В начале двадцатого столетия Россия была практически поставлена на колени мощнейшей серией террористических актов. Свистели пули, взрывались бомбы, истреблялись под корень чиновники Российской Империи. Партия Социалистов-Революционеров наводила ужас на чиновников и обывателей боевыми отрядами, залившими кровью страну. Одним из лидеров подполья был Борис Савинков, написавший впоследствии книгу «Конь бледный», посвященную истокам террористического движения.

«Всадник по имени смерть» посвящен одному из эпизодов деятельности боевой группы эсеров – подготовке к убийству и, собственно, убийству Великого Князя, члена Императорской Фамилии.

Удивительно, но, несмотря на постоянную смертельную угрозу, совершение террористических актов в России начала двадцатого столетия было крайне простым мероприятием. К карете с Государственной Персоной можно было подбежать и забросить бомбу прямо в окно, а в театральную ложу с представителем Императорской Фамилии можно было преспокойно войти, расстрелять обойму в жертву и незамеченным удалиться.

Абстрагировавшись от противостояния бомбистов с правоохранительными органами (которые, заметим, изображены в фильме немощными и бездействующими до момента совершения преступления),Шахназаров посвятил свой фильм изображению внутреннего мира преступников. «Тварь ли я дрожащая, или право имею»? В отличие от Родиона Раскольникова, Борис Савинков не задается таким вопросом. Эта задача для него решена. «Боевик» убивает не за идею, а потому, что считает окружающих его людей абсолютно бессмысленными и бесполезными существами. «Рождаются, умирают, убивают, так ничего и не понимая», - размышляет Савинков.

Герои фильма в процессе развития событий словно дают интервью, пытаясь искренне, в первую очередь для самих себя ответить на вопрос «Почему я пришел в террор»? У каждого из них свои ответы на этот вопрос. У одного террориста казаки нагайками засекли подругу. Другой свято верит в то, что его поступки угодны Богу, третий убежден лишь в том, что рано или поздно партия эсеров возьмет власть, вознаградив сподвижников Смерти по делам их. Однако квинтессенция беспощадной сущности террористов выражена именно в фигуре Савинкова, блестяще сыгранного Андреем Паниным. Для него цель террора в самом терроре. Уничтожение людей ради подтверждения факта собственного превосходства над окружающим миром, оправданное любой подвернувшейся под руку идеей, является основной причиной взрывов, выстрелов, диверсий.

Убийство Великого Князя становится фетишем, символом, единственной целью в жизни боевой группы. Героям фильма кажется, что, уничтожив Светлейшего, они найдут смысл своего существования. Однако неудача следует за неудачей. Жертва не переигрывает своих палачей, ее просто берегут до поры некие Высшие силы, которые, однако, не могут долго противостоять горстке фанатиков.

«Всадник по имени Смерть» стал одним из первых Российских фильмов, который бесстрашно и с изрядной степенью натурализма показал страдания жертв террора. Оторванные руки, ноги, отрубленные головы, развороченные тела. Шахназаров не смакует убийства и не выставляет специально напоказ человеческие страдания. Однако камера оператора вынуждена практически документально показывать ужасные последствия происходящих событий для случайных жертв, по катастрофическому стечению обстоятельств оказавшихся на пути палачей.

Несмотря на то, что «Всадник по имени смерть» посвящен террору, жестоких сцен в нем совсем не так много, как могло быть. Для Шахназарова гораздо более привлекательным оказалось изобразить не жестокость действия, но жестокость мыслей, жестокость духа человеческого. Показ ужасов террора только обрамляет, оттачивает глубину изображения его причин. Представляется, что, с точки зрения режиссера, историческая и социальная несправедливость, персональные неудачи, желание изменить мир – это всего лишь поводы для терроризма. Настоящая же причина лежит в человеческой природе. Эта причина – ненависть и презрение отдельных представителей человеческой породы по отношению к породе целиком. И, поскольку, количество людей, носящих в себе эти причины, с течением лет не изменяется, то поводы для новых взрывов найдутся всегда.

«Всадник по имени смерть» стал, пожалуй, первым амбициозным проектом Российской кинорежиссуры после фильма «Сибирский Цирюльник» Никиты Михалкова. Несмотря на то, что кинокартина может показаться излишне статичной, достаточно неторопливой, по документальному педантичной, стоит сказать, что вложенные деньги не пропали зря. Масштабные красивейшие декорации, массовые сцены, качественные спецэффекты и натурализм некоторых сцен, не щекочущий нервы, но обжигающий душу, достигают поставленной цели – убедить зрителя, что «бесы» живут и в его сознании. Бесы эгоцентризма, презрения к обществу, ощущения своей исключительности и «Сверх Я».

Игорь Михайлов