Недавно посмотрел "Возвращение". Снова случай - нечастый, как правило, - когда фильм не могу переварить сразу: мысли, эмоции, впечатления - всё в месиво, осело в душе бесформенным клубком. Может, это я такой непонятливый, несообразительный, не воспитанный на киношедеврах и поэтому не схватывающий мгновенно их сути. А может, это Оно - Художественное явление - врезается в привычное ощущение реальности иносказаниями, символикой, недоговоренностями, игрой на контрастах...
"Возвращение" - это удар. На уровне чувственного. Взбудораженный разум поначалу не способен выдать сколь-нибудь связные выводы от увиденного: ты пережил нечто, впитал душой, как почва воду, и пока не считаешь нужным копаться в логике замысла, его значимости и воплощении. Впрочем, одна из характерных черт истинно художественного произведения - апеллирование к чувственному восприятию (с последующим осмыслением). В связи с этим первый фильм Звягинцева по праву можно назвать художественным произведением.
Здесь уже упоминались параллели с работами Тарковского. Пусть так, это вполне простительно для начинающего режиссера, даже, наверно, должно льстить ему, ибо мало кто схож в своем творчестве с Мастером. Хочу отметить своеобразный стиль изложения. Неспешное развитие сюжета, разреженность событийного ряда, статичность планов, скупая цветовая палитра, редкая и ненавязчивая музыка - всё это создает определенное настроение. Движешься по этой канве - и ничто не отвлекает, не мешает "присутствовать", созерцать, сопереживать. Надо отдать должное минимализму: на этом фоне ярче и острее видятся те моменты, на которых авторы хотят акцентировать внимание. Центральный и самый запоминающийся из них, конечно, неожиданная и трагическая гибель отца - с этой точки, думаю, и нужно оглядывать, оценивать всю картину. Всё более склоняюсь к мнению, что это закономерный итог, предел обострения конфликта между отцом и младшим сыном, Иваном - двумя своенравными людьми, только узнавшими друг друга, еще не успевшими "притереться", привязаться, с собственными и различными представлениями о том, каким должен быть отец. Лишь старший сын, Андрей, сумел принять отца таким, какой он есть, и был почти счастлив там, на островном маяке. Но и старший с ним доходит до отчаянья: "ну убей меня!". Можно ли было избежать такого финала или это - как мчащийся поезд, которому суждено сорваться с недостроенного моста?
Интересно название ленты, скрывающее, возможно, еще один ключ к ее пониманию. Появился, как снег в мае, отец, глава семьи; но никто в доме не выказывает к нему родственные чувства, не бросается на шею, не рассказывает, захлебываясь, о своей жизни - его и знать-то, наверное, никто не знает. Чужой он. Хоть и держится хозяином. Ведь о нем, в общем-то, ничего не известно: кто он, где был все это время, как жил, о чем думал и почему так уверенно предъявляет свои права на отцовство? Столько вопросов осталось без ответа, что говоришь себе: отец вернулся ли к детям? - а не возвращение ли это в никуда человека, пришедшего из ниоткуда? - ставшее неотвратимым с того самого момента, когда пацаны видят его спящим. Вырвавшийся ненадолго из неизвестности человек не стал, не успел стать для них отцом, в котором они так нуждались. Слишком поздно они поняли, что отец по-своему любил их - любил очень давно, не видя их, не говоря с ними, любил еще до их рождения. Семейный альбом пополнился новыми воспоминаниями - отец так и не вернулся.
"Возвращение" - это удар. На уровне чувственного. Взбудораженный разум поначалу не способен выдать сколь-нибудь связные выводы от увиденного: ты пережил нечто, впитал душой, как почва воду, и пока не считаешь нужным копаться в логике замысла, его значимости и воплощении. Впрочем, одна из характерных черт истинно художественного произведения - апеллирование к чувственному восприятию (с последующим осмыслением). В связи с этим первый фильм Звягинцева по праву можно назвать художественным произведением.
Здесь уже упоминались параллели с работами Тарковского. Пусть так, это вполне простительно для начинающего режиссера, даже, наверно, должно льстить ему, ибо мало кто схож в своем творчестве с Мастером. Хочу отметить своеобразный стиль изложения. Неспешное развитие сюжета, разреженность событийного ряда, статичность планов, скупая цветовая палитра, редкая и ненавязчивая музыка - всё это создает определенное настроение. Движешься по этой канве - и ничто не отвлекает, не мешает "присутствовать", созерцать, сопереживать. Надо отдать должное минимализму: на этом фоне ярче и острее видятся те моменты, на которых авторы хотят акцентировать внимание. Центральный и самый запоминающийся из них, конечно, неожиданная и трагическая гибель отца - с этой точки, думаю, и нужно оглядывать, оценивать всю картину. Всё более склоняюсь к мнению, что это закономерный итог, предел обострения конфликта между отцом и младшим сыном, Иваном - двумя своенравными людьми, только узнавшими друг друга, еще не успевшими "притереться", привязаться, с собственными и различными представлениями о том, каким должен быть отец. Лишь старший сын, Андрей, сумел принять отца таким, какой он есть, и был почти счастлив там, на островном маяке. Но и старший с ним доходит до отчаянья: "ну убей меня!". Можно ли было избежать такого финала или это - как мчащийся поезд, которому суждено сорваться с недостроенного моста?
Интересно название ленты, скрывающее, возможно, еще один ключ к ее пониманию. Появился, как снег в мае, отец, глава семьи; но никто в доме не выказывает к нему родственные чувства, не бросается на шею, не рассказывает, захлебываясь, о своей жизни - его и знать-то, наверное, никто не знает. Чужой он. Хоть и держится хозяином. Ведь о нем, в общем-то, ничего не известно: кто он, где был все это время, как жил, о чем думал и почему так уверенно предъявляет свои права на отцовство? Столько вопросов осталось без ответа, что говоришь себе: отец вернулся ли к детям? - а не возвращение ли это в никуда человека, пришедшего из ниоткуда? - ставшее неотвратимым с того самого момента, когда пацаны видят его спящим. Вырвавшийся ненадолго из неизвестности человек не стал, не успел стать для них отцом, в котором они так нуждались. Слишком поздно они поняли, что отец по-своему любил их - любил очень давно, не видя их, не говоря с ними, любил еще до их рождения. Семейный альбом пополнился новыми воспоминаниями - отец так и не вернулся.