Гарри Кейн (Туртурро) — охранник в висконсинском торговом центре. Каждый вечер после работы он до рези в глазах вглядывается в записи камер видеонаблюдения, чтобы в мельтешении праздных покупателей найти убийцу своей беременной жены. Расследование выносит Гарри из его видеомирка в отель городка в Монтане, где коридоры кончаются стенкой, а свет в конце тоннеля можно узреть, разве что получив пулю в живот.
Едва обозначившись, сюжет, заданный в романе-первоисточнике Хьюбертом Селби («Последний поворот на Бруклин», «Реквием по мечте»),уходит на второй план. Остаются только вспышки красного цвета, то и дело сигналящие с экрана об опасности: типично линчевский венозный пурпур запекается на ковровых дорожках гостиницы; на платье девушки по вызову, которую никто не вызывал; на подкладке полицейской аляски; на полосах американского флага, намалеванного на стене придорожной закусочной. Остается идеально выбранный на главную роль Джон Туртурро — Бартон Лужин и Александр Иванович Финк, лунатик-аутист со взглядом человека, споткнувшегося о мертвую мышь. Да еще тотальное ощущение «неспокойного времени взаимного недоверия», где убийцей, как бубнит кощунственно-ироничный радиодиджей, может оказаться кто угодно — от инопланетянина до кубинского шпиона. Но поиски все равно закончатся не на Марсе и не на Кубе, а много ближе. И оттого, что Гарри узнает правду, не изменится ровным счетом ничего.
Едва обозначившись, сюжет, заданный в романе-первоисточнике Хьюбертом Селби («Последний поворот на Бруклин», «Реквием по мечте»),уходит на второй план. Остаются только вспышки красного цвета, то и дело сигналящие с экрана об опасности: типично линчевский венозный пурпур запекается на ковровых дорожках гостиницы; на платье девушки по вызову, которую никто не вызывал; на подкладке полицейской аляски; на полосах американского флага, намалеванного на стене придорожной закусочной. Остается идеально выбранный на главную роль Джон Туртурро — Бартон Лужин и Александр Иванович Финк, лунатик-аутист со взглядом человека, споткнувшегося о мертвую мышь. Да еще тотальное ощущение «неспокойного времени взаимного недоверия», где убийцей, как бубнит кощунственно-ироничный радиодиджей, может оказаться кто угодно — от инопланетянина до кубинского шпиона. Но поиски все равно закончатся не на Марсе и не на Кубе, а много ближе. И оттого, что Гарри узнает правду, не изменится ровным счетом ничего.