22 ноября 2007 3:03
Ну в самом деле, что преподнести двум монархическим особам по случаю бриллиантовой свадьбы? Можно островок такой миленький в Карибском бассейне. Или скромный кофейный платиновый сервиз, инкрустированный алмазами и рубинами размером с голубиное яйцо…Да глупости все это, тлен, так сказать. Вот эпическое полотно на тему «как зарождалась Великая Британия и кто, можно сказать, выносил ее в своем чреве» - в самый раз будет. Добротно, со вкусом. Парики – чудо, костюмы – загляденье (вообще роскошные, струящиеся ткани на фоне серых стен старинных замков – совершенно беспроигрышный вариант),и называется все это «Золотой век». Название интригующее и пышное, как фижмы платья Елизаветы. Подарок монаршей чете англо-американский, как полагается. А в главном действующем лице подарка, опять же тезке нынешней Елизаветы, «все должно быть прекрасно», как у Чехова, «и лицо (спасибо Кейт Бланшетт),и одежда (уж это точно),и душа, и мысли». Что касается мыслей – все на месте: ум, проницательность, широта мышления, образованность. Душа – ангельская, казнит конкурентку по трону, обливаясь слезами в горчайших муках совести. Врагов прощает, дружбе верна, в любви – великодушна. Не слишком ли много для одной простой смертной? Отвечу кратко – для смертной много, для королевы – в самый раз. Зачем придавать значение мелочам и вспоминать, что та Елизавета была сухарем и старой девой и что главным ее умом была хитрость? Что Мария Стюарт, королева Шотландии, была не мелкой интриганкой с поджатыми губами, как ее изобразили в фильме, а красивой и чувственной женщиной, познавшей любовь мужчины и радость материнства. Что жалкие метания Елизаветы между колонн дворца с криком «Остановите казнь», как будто на нее нашло временное помешательство и она забыла дорогу, выглядят смешно и неправдоподобно. Что в момент смертельной опасности, нависшей над королевством и ей самой, гарцуя перед войском, Елизавета вряд ли будет думать о живописности складок своего жемчужно-серого плаща и поворачиваться к воинам «тем боком, каким нужно». Вообще слезы умиления так и наворачиваются. «Народ – мое дитя…» А где народ-то? Хоть бы одного показали. А, «народ в поле», тогда понятно. Не верю я что-то в сей ангельский образ, как не верю в то, что Елизавета нынешняя – мудрая старушка в шляпке с цветком, а не когтистый ястреб. Потому что справляет 60-летие супружеской жизни, а Диана уже как десять лет как в лучшем мире. И пусть бросают в меня камни те, кто восхищается Елизаветами (прошлой или нынешней),скажу, что почерк у них не изменился с веками. Рядом с ними не уживается ничто живое, настоящее, искреннее, любящее. Такова судьба Марии Стюарт, такова судьба Дианы. Но фильм стоит смотреть ради одного фантастически красивого эпизода – прыжка белой лошади с горящего корабля.
