12 января 2009 17:10
Итак, 1955-й. Недавно отгремела война, страна «зализывает раны», строит, рожает, лечит. Седоусый палач «всех времен и народов» обрел вечный покой. А им хочется праздника, и не по партийному расписанию – 1 мая, 8 марта и пр., а каждый день. И каждый день любить, и каждый день смеяться, и каждый день (ну, или почти) отрываться на танцах – ё-к-лмн, молодость так быстро проходит! Сами стиляги мне понравились. Да и не могло этого не случиться при огромной режиссерской любви к ним. Они – красивы, ярки, остроумны, даже талантливы, попугайские расцветки их прикидов радуют глаз, они – «не такие». Они влюблены в жизнь, что в общем-то «само по себе и не ново», они хотят любить ту жизнь, которую сами себе придумали (и сшили),потому что любить жизнь коммуналок, работы «от звонка до звонка», очередей в продмагах и строгих костюмчиков очень непросто. Но не скажу, что мне понравились «Стиляги», хотя некоторые эпизоды просто завораживали и мороз бежал по коже. Те, для кого 55-й год прошлого века и какой-нибудь кратер на Луне равноудалены, должны, по идее, фильму рукоплескать. Но вместе с водой Тодоровский «выплеснул» не одного ребенка, закрасив широкими серыми мазками все то, что не относилось к его стилягам. Дело не в мышиных расцветках, не «в застегнутых на все пуговицы» костюмчиках, дело – в застегнутых лицах, застегнутых душах. Поспрошайте теперешних бабушек – швейная машинка была чуть не в каждом доме, и на них такое шили! Перешивали, перекраивали, перелицовывали из креп-сатинов, креп-жоржетов и маркизетов. И носили солнце-клеш, и перчаточки, и обязательно шляпки, и непременно ресницы, загнутые до бровей, как у Марлен Дитрих. Но «Стиляги» - мюзикл, у него свои законы, поэтому автор фильма провел четкую линию, и без полутонов раскрасил весь мир советских 50-х в две краски – серую и радужную. Кастинг отличный – молодые новы и замечательны каждый по-своему, «мэтры» - знакомы и замечательны как-то по-новому (браво, брависсимо! Ярмольнику, Гармашу, Янковскому, Розановой). Что еще в «плюсе»? Танцы, пляски, песни – зажигают. Пусть перепето, но талантливо, на мой взгляд. В «минусе» - концовка. И вывод, что «стиляг в Америке нет», и марш-бросок неформалов по Тверской (Бродвею). Похоже, режиссер выдохся, чуть-чуть недотянув до финиша. Жаль, «точка» в фильме нужна была яркая и красивая, под стать канареечному пиджаку Мэлса.
