22 октября 2008 16:33
Я шла смотреть кино, ожидая что-то вроде «72 метра», а получила неизмеримо больше. Может, я еще никак не повзрослею и мне еще присущ юношеский максимализм? Может, я еще не стала прожженным жизнью циником, могу смотреть на этот мир, широко открыв глаза? Может я до сих пор только так и понимаю любовь? Только так, и никак иначе. Может, для меня слова «самоотверженность», «самопожертвование», «патриотизм», «Родина», «Отечество», «добродетель», «Бог», не пустой набор букв? Может быть, я наивно полагаю, что народу всегда нужен был герой, и что истинный народный герой должен быть вот такой? Наверное… Пусть я обманываюсь во многом, и во многих, но я не перестану видеть белое даже в самом черном. Знаете, я не видела игру актеров в этом фильме, совсем не видела, потому что на экране была жизнь, кипели чувства, рождалось нечто искреннее, светлое, настоящее, то ускользающее, то возникающее вновь с удвоенной силой, крепчающее раз от раза, невыносимо прекрасное… любовь… Потому, что судьбы главных героев так искренне метались в боях Первой мировой, варились в котлах двух революций, приспосабливались и не желали приспосабливаться, верили и не желали верить, надеялись и теряли надежду, и, в конце концов, были практически уничтожены Гражданской войной. Может, где-то в недрах истории были и такие судьбы? Пусть не Колчак, пусть кто-то другой, пусть не национальный герой, а просто обыкновенный русский патриот. Разве мало их было? Разве это не мастерство, когда, влекомый сюжетной линией вслед за героями картины зритель забывает, кто вышел из сумрака, а кто с улицы Строителей? Разве мы вправе раздавать штампы? Картина смотрелась на одном порыве, без какой бы то ни было возможности перевести дух, осмыслить происходящее на экране сразу. Я пыталась успокоиться после фильма, и думала, почему же мне теперь так больно? Почему у человека всегда есть потребность уничтожить другого человека? Просто немыслимо, ЧТО творили простые русские люди, обретя власть, силу, безнаказанность? Откуда такая непомерная, необъяснимая жестокость. Как будто сразу вдруг мир заполонила стая агрессивных существ, крушащих без разбора все, что было им не понятно, не доступно и по этому ненавистно. И стало вдруг так страшно, ведь сквозь призму режиссерского видения была видна реальность, та, что БЫЛА. И как знать, какое место в истории занимали наши предки? Есть ли у нас повод для гордости, а может вовсе наоборот? Не нам судить их, они жили, как могли, как позволяла им их совесть, их долг, их вера. Ну вот, как смогла….
