3 сентября 2008 14:45
Поначалу стиль подачи показался мне каким-то тяжеловесным. После пяти минут просмотра возникла мысль: "Где-то я с этим уже сталкивался". А потом понял: режиссер посредством кино поставил классическую античную трагедию. Приняв это как данное, стало гораздо проще воспринимать непривычный язык "пьесы". Иногда даже казалось, что в театре сидишь. А когда в фильме внезапно возникает надпись "Конец первой части" и следом "Часть вторая", не хватает только "антракта" для полного эффекта. Сюжет очень трагичен, но душераздирающих и слезовыдавливающих сцен режиссер как будто специально избегает. Только голые факты, сухой анализ ситуации. Задача заставить зрителя сопереживать происходящему не ставилась. Для оценки положенных в основу сюжета глубоких мыслей режиссер специально ставит нас как бы НАД ситуацией. Он хочет, чтобы мы оставались максимально беспристрастны когда ставим перед собой серьезные вопросы о справедливости и наказании, любви и ненависти, добре и зле. Непривычно для нынешнего зрителя, конечно, но оригинально, по крайней мере.
