Гадкие лебеди

РецензияИгоря Михайлова

«… прокляты пеплом великих побед»

В современной антиутопической социальной фантастике нередко присутствовал сюжет, основанный на отстреле детишек с коэффициентом IQ, превышающим заранее установленный. Могу ошибаться (к стыду своему),но, кажется, у Брэдбери я прочел рассказ о том, как один любимый заботливыми родителями мальчик просыпался и шел с утра на некое тестирование, а к вечеру специальная бригада привозила безутешным предкам лишь учебники да школьную форму. Ответ на безмолвный родительский крик читался на лице стража порядка: «Его интеллектуальные способности превышали допустимые и могли стать в дальнейшем угрозой государству». Похороны студиозуса обеспечивало правительство. Тело ребенка на руки родителям не выдавалось.

Воплощенные западными писателями, эти мрачные фантазии никоим образом не накладывались российским читателем на окружающую его действительность. Антиутопии же на сходные темы, рожденные в идеологизированном «совке», долгое время считались не менее подрывными, нежели диссидентский журнал «Хроника текущих событий». Именно этим, по всей видимости, объясняется тот факт, что сотканная в эпоху первой оттепели фантастическая повесть «Гадкие лебеди», посвященная трагедии одаренных детей, которые не могут вписаться в быдловатый контекст окружающей действительности, переписывалась от руки, пользовалась заслуженной славой, но так и не была опубликована по цензурным соображениям. Напечатанная же в эпоху второй оттепели, окрещенной «перестройкой», она обрела более широкий круг поклонников. Хотя, любители романа и в страшном сне не могли предугадать тождество зловещих параллелей событий, изложенных в написанном сорок лет назад произведении, и реальных фактов, происходящих в наши дни.

В маленьком городке открывается школа-интернат для одаренных детей. В элитное учебное заведение поступают специально отобранные подростки, прошедшие самые серьезные испытания. Через некоторое время вокруг учебного центра начинают происходить странные события. Над территорией разверзаются небеса, и все дальнейшие последствия начинают определяться загадочной климатической аномалией. Под воздействием беспрерывных дождей часть резервации погружается под воду, а некоторые люди заражаются странным заболеванием. Их кожа мутирует, органы чувств приобретают невиданные способности, им открываются невиданные доселе перспективы и горизонты, несопоставимые со стремлениями окружающего человечества. И, самое главное, своей инакостью эти «мокрецы» заражают детей, которые больше не хотят существовать в человеческом мирке, не желают подчиняться нелепым ограничениям, не видят себя частью расы гуманоидов. Учащиеся колледжа, в свою очередь, преображают учителей и начинают обретать сверхчеловеческие способности. «Мокрецы» же отгораживают город энергетическим барьером и объявляют его свободной от остальной цивилизации зоной. Одним из одаренных сверхлюдей оказывается дочь писателя Виктора Банева, включенного в специальную комиссию ООН по изучению климатической аномалии. Виктор приезжает в засекреченный город, чтобы вывезти из него свою девочку, но гуманитарная миссия уже практически невыполнима. Впрочем, этой комиссии вообще остается доживать последние дни. Правительство, озабоченное неясными перспективами грядущего тотального соперничества с «иными», объявляет «мокрецов» врагами и готово приступить к силовому решению проблемы. Увы, никто не спрашивает детей об их желаниях, и тогда они поднимают бунт и отказываются покинуть территорию учебного центра, предпочитая смерть от химического оружия, сбрасываемого с бортов российских самолетов на обреченный город, тупому существованию между молотом ошалевшей от страха власти и наковальней вконец разложившегося народа.

В процессе просмотра «Гадких лебедей» и последующим наблюдением еще за одним российским кинопроектом я поразился занимательной ситуации, которая весьма изрядно меня позабавила. На сеансе фильма, снятого в изначально тяжелом для восприятия жанре социальной антиутопии, в зале царствовал полный и абсолютный аншлаг. Яблоку было негде упасть. ВСЕ БИЛЕТЫ ПРОДАНЫ БЫЛИ. На следующем фильме также российского производства, поставленном в жанре гламурного триллера, в зале присутствовали семь человек. «Гадкие лебеди» прокатываются в ОДНОМ кинотеатре, в процессе ДВУХ сеансов в день, один из которых происходит в 14-00, заведомо убитое время. Второй же фильм, ОБРЕЧЕННЫЙ на (мягко говоря) низкие сборы, стартует в 15 кинотеатрах. Эй, мля, прокатчики, сколько можно бояться за свою задницу? А самое главное, неужели Вы думаете, что Ваша осторожность поможет Вам сохранить жизнь и капиталы в эпоху великих потрясений, которая произойдет не сегодня, так через год. И ведь не отбрешетесь тем, что де «не касса», «народу это не надо» и т.д. Сегодняшний сеанс показал мне, что не все так плохо, и народу надо именно ЭТО. «Гадкие лебеди», дамы и господа, при всех его возможных недостатках - это глоток правды, НЕВОЗМОЖНОЙ к прокату на нашем ТВ. А знаете, почему? Вовсе не потому, что режиссер Лопушанский изобразил культурологический конфликт между человечеством, обреченным на самоуничтожение в силу абсолютного нежелания реформировать отношение к себе и окружающему миру, и не пойми откуда взявшимися ростками разумного, доброго, вечного. А потому, что в этом фильме, невзирая на присутствие в зоне поражения ВРАГОВ самых обычных детей, российская (да и международная) военщина, обделавшись от страха, закидывает химическим оружием и возможных соперников по обитанию на Земле, и маленьких человечков, узнавших о последствиях свободы, и самое место, с которого эта самая свобода может начать произрастать.

Братья Стругацкие, создавшие своих «Лебедей» в приснопамятные времена, рассказали историю о мучительном конфликте поколений, уходящих (как им казалось) тоталитарных «отцов» и приходящих (как нам уже не кажется) свободных «детей». Константин Лопушанский, в свою очередь, пытался озвучить мысль, что в глобальном масштабе человечество давно уже смертельно больно, и излечить его может только чудо. Может быть, этим чудом являются не страдающие разлагающим конформизмом детские души. Но при проектировании параллельных концепций в окружающую реальность само собой, возьми да и вырасти кино о том, как специальные подразделения, решающие стратегическую задачу, попутно сожгли детей в Беслане. Тупо зарядили огнеметы, шмальнули из «Шмелей» и превратили их в пепел. И тот эффект приближения к истине, который не может произвести доклад депутата Савельева (ну, не читают россияне докладов) запросто может создать художественное произведение, рассказывающее о том, как одаренных детей сначала собрали в одном месте, потом научили быть свободными, потом разбомбили и едва не пожгли кислотой, а затем отправили оставшихся в живых по таким кругам, в которые не заглядывал сам Данте.

Хозяин одной из ведущих прокатных компаний заявил: «Это шикарный фильм. Я куплю кассету и покажу своим детям. Но взять его в свою сеть я не могу. Ну, Вы меня понимаете». Руководитель одного из телевизионных каналов, слывущий прогрессистом, сказал, что с радостью купил бы «Гадких лебедей» и показал в прайм-тайм, но боится, что его тоже не поймут.

Они боятся, что их не поймет власть, но на самом деле их не понимаем мы. Их не понимают зрители, вынужденные ломиться в кинотеатр на полуподпольные два сеанса в день. А самое главное, их никогда не поймет грядущее поколение, у которого сейчас отбирают свободу выбора, собственные дети их не поймут.

Кадр из фильма. Накачанная наркотиками в дурке девочка обреченно говорит в камеру: «А вчера мы смотрели по телевизору шоу. Мы смотрим это шоу, потому что должны научиться быть такими, как все».

Даже Константину Эрнсту, наверное, известно высказывание Иммануила Канта о том, что только две вещи заслуживают внимания - звездное небо над головой и нравственный мир внутри нас. Фильм «Гадкие лебеди» показывает последствия уничтожения нравственного мира. Звездное небо в отрыве от него, к сожалению, кажется очень холодным и даже замогильным.

Интернет-проект «Киноафиша Ру» благодарит за мастерство, честь и достоинство, проявленное при создании фильма «Гадкие лебеди» режиссера Константина Лопушанского, когда-то ошеломившего поклонников качественного кино футуристическим прогнозом «Письма мертвого человека», политика Михаила Горбачева, изменившего на короткое время весь мир политикой с человеческим лицом, а в наши дни поддержавшего проект «Гадкие лебеди», кинотеатр «Пять Звезд на Новокузнецкой», в единственном числе из всей Москвы решившийся ознакомить жителей Москвы с настоящим кино. Отдельная просьба режиссеру. Константин, Вы уж больше не пропадайте на двадцать лет. Видите, какая фигня творится здесь без Ваших фильмов. Может быть, общими усилиями…