В который раз убеждаешься, что на Берлинале дают медведей за эпатаж, за политику, ущемление меньшинств, сирых и убогих, притеснения национальностей и так далее по сценарию лишь бы посочувствовать и пострадать, несмотря на качество самого фильма. Вот и фильм Мыло, получивший серебряного мишку и награду за дебют в Берлине не стал разрушать знаковую тенденцию. Правда, победителя фестиваля Грбавицу почему-то не решили показать в широком прокате, хотя сербская тема не менее печальна, а русским даже близкая.
Обычная мелодрама, снятая в необычном стиле (хотя после Триера и провозглашенной им Догмы, эта находка свободно-движущейся камеры не кажется необычной) погружает зрителя в блочный спальный дом на окраине города, где главные герои – Шарлота и Вероника встречаются, влюбляются и помогают друг другу найти себя. Правда, есть небольшая особенность их мини –романа. Вероника – это пока еще Ульрих, который желает сменить пол и все время ждет разрешения от властей на сложную операцию. А за неимением средств и призрения со стороны отца, воспитанного в прежней Дании и будучи рыбаком, не вынесшего такого позора, живет один и подрабатывает проституткой, исполняющей достаточно извращенные желания клиентов с раненой психикой. В соседки к Веронике приезжает Шарлота (обеспеченная дама, владеющая салоном красоты, но решившая поменять атмосферу своей жизни – бросила мужа),которая забрасывает свой бизнес, постоянно меняет любовников по объявлению и разбирается со своим внутренним миром и иногда приходящим еще мужем. Две ранимые души встречаются и начинают понимать, что им уютно вместе - внутренняя гармония их душ тесно переплетается с желанием остаться вместе, но проблема смены пола возвращает фантазии на место. Далее происходят как разборки Шарлоты с мужем, так и припадки ненормального Ульриха, который по неведомым причинам захотел стать женщиной.
Сам фильм разбит на несколько серий и в перерыве между ними закадровый голос рассказывает историю предыдущей, как бы, говоря, что отношения эта игра с бесконечным продолжением и не стоит делать ее совсем пресной. Нужно разбавлять, скандалами, интригами романами и попойками. Как и главный герой, любящий смотреть ситкомы на английском языке, так и зритель кроме плавающий съемки, четырех стен и свободолюбивой Дании не наблюдает близкий нам чувственный трагизм отношений. Здесь все как-то просто, обыденно и легко. Не трогает история своей интригой, ни загвоздкой происходящего, ни ритмом, хотя мыло и не должно быть таким, оно все-таки для своей аудитории, даже если такие найдутся среди арт-хаусной публики.
Две женщины, Шарлотта и Вероника, соседствуют и завязывают отношения, нечаянно помогая друг другу - спасая жизнь или пошивая занавески, это в пространстве двух квартир совершенно неважно. Действие герметично упаковано, что явно имеет свой смысл. Женщины в некотором роде протипоставлены друг другу, что тоже имеет смысл. Не сразу, но приходишь к выводу, что всё в этом фильме имеет смысл - рваная манера съёмки, намеренное обезображивание главной героини, Шарлотты (актрисы в действительности потрясающе красивой),ограничение количества персонажей, ограничение пространства действия, даже профессия Шарлотты - и та выбрана неспроста. Шарлотта владеет косметическим салоном, и приходится удивляться, почему она так неухожена, непричесана, ненакрашена. Она только что рассталась с бойфрендом и теперь спит с каждым встречным, вовсе не намереваясь создавать новые отношения. Вероника живет этажом ниже, с собакой по кличке Мисс Дэйзи, квартира ее представляет типичный пример обиталища старой девы; она любит сериалы и занимается проституцией - косметика и одежда стоят дорого, а у транссексуала до операции мало возможностей заработать. К Шарлотте периодически заходит ее бывший, Кристиан, разными способами пытаясь ее вернуть. К Веронике регулярно захаживают клиенты, изредка - мама. У Вероники непростые отношения с семьей и с окружающим миром. И вот, эти абсолютно разные женщины, встретив друг друга, наконец находят любовь. Даже в финале упомянутое выше кажется нелепым нагромождением новомодных синематографических штучек - и монтаж, и тема квир-меньшинства. Но спустя день, другой всё встает на свои места. Ведь пол действительно "не имеет значения". Значение имеет только любовь - та самая, о которой так отчаянно мечтает Вероника и которую так неожиданно желает Шарлотта, любовь, которую зрителю удасться только услышать. Не пикантная история лесбийской любви с превращениями. Не оригинальный режиссерский замысел. Просто - любовь. И получается, что не Шарлотта спасает Веронику от смерти, но неявленная нежность Вероники спасает убогий и полный страха мир Шарлотты. Гениально выражено внутреннее состояние героинь - в их облике, в интерьере квартир, в образе жизни. Гулкая пустота и приглушенный уют противостоят друг другу, но, в конечном итоге, это уже неважно. Важен только секрет Шарлотты, о котором мы и сейчас только догадываться. О котором мы и сейчас можем только мечтать.
Отношения между людьми -это непрекращающееся мыло только вне экрана. Судьбы героев встречаются вне стен черного ящика и каждый сам становится участником своего действа. Правдоподобие картины, напоминающей стиль Догмы, с трогательной бытовухой взаимоотношений не совсем обычных людей подкупает зрителя естественностью и незаурядным, по –житейски, воплощением. Довольно милая и по-датски немного странная картина.
Отличный фильм, с удовольствием посмотрела его во второй раз. В итоге получился эдакий двойной эффект: пришлось задуматься не только на темы, которые поднимает сам фильм, но и над уровнем интеллектуального развития и элементарного воспитания находящихся в зале людей, особенно меня впечатлили бабы сорока лет, сидевшие справа, которые не переставали ржать и выдывать сальные шуточки на протяжении всего фильма. Возможно, ошибочным был выбор кинотеатра - 5 звезд в Аркадии, поскольку 35 мм, по моим скромным наблюдениям, все же посещает иная публика.
В который раз убеждаешься, что на Берлинале дают медведей за эпатаж, за политику, ущемление меньшинств, сирых и убогих, притеснения национальностей и так далее по сценарию лишь бы посочувствовать и пострадать, несмотря на качество самого фильма. Вот и фильм Мыло, получивший серебряного мишку и награду за дебют в Берлине не стал разрушать знаковую тенденцию. Правда, победителя фестиваля Грбавицу почему-то не решили показать в широком прокате, хотя сербская тема не менее печальна, а русским даже близкая.
Обычная мелодрама, снятая в необычном стиле (хотя после Триера и провозглашенной им Догмы, эта находка свободно-движущейся камеры не кажется необычной) погружает зрителя в блочный спальный дом на окраине города, где главные герои – Шарлота и Вероника встречаются, влюбляются и помогают друг другу найти себя. Правда, есть небольшая особенность их мини –романа. Вероника – это пока еще Ульрих, который желает сменить пол и все время ждет разрешения от властей на сложную операцию. А за неимением средств и призрения со стороны отца, воспитанного в прежней Дании и будучи рыбаком, не вынесшего такого позора, живет один и подрабатывает проституткой, исполняющей достаточно извращенные желания клиентов с раненой психикой. В соседки к Веронике приезжает Шарлота (обеспеченная дама, владеющая салоном красоты, но решившая поменять атмосферу своей жизни – бросила мужа),которая забрасывает свой бизнес, постоянно меняет любовников по объявлению и разбирается со своим внутренним миром и иногда приходящим еще мужем. Две ранимые души встречаются и начинают понимать, что им уютно вместе - внутренняя гармония их душ тесно переплетается с желанием остаться вместе, но проблема смены пола возвращает фантазии на место. Далее происходят как разборки Шарлоты с мужем, так и припадки ненормального Ульриха, который по неведомым причинам захотел стать женщиной.
Сам фильм разбит на несколько серий и в перерыве между ними закадровый голос рассказывает историю предыдущей, как бы, говоря, что отношения эта игра с бесконечным продолжением и не стоит делать ее совсем пресной. Нужно разбавлять, скандалами, интригами романами и попойками. Как и главный герой, любящий смотреть ситкомы на английском языке, так и зритель кроме плавающий съемки, четырех стен и свободолюбивой Дании не наблюдает близкий нам чувственный трагизм отношений. Здесь все как-то просто, обыденно и легко. Не трогает история своей интригой, ни загвоздкой происходящего, ни ритмом, хотя мыло и не должно быть таким, оно все-таки для своей аудитории, даже если такие найдутся среди арт-хаусной публики.