Фильм о том к чему могут привести "Легкие деньги" и что с этим связано. Сама задумка достаточно неплоха,правда к концу сюжет "сдувается" Не сказал бы что фильм одноразовый-посмотреть стоит.Оценка 4/5
Уж лучше бы наши кинематографисты не пытались перевернуть мир, оставаясь в русле традиций. Вот, например, если цитировать киноленты, посвященные Церкви, то не грех вспомнить блистательную антиклерикальную комедию «Праздник Святого Йоргена». После этого можно снять кино о мелких жульничествах и прочих проделках святош, актуализируя их темами о беспошлинном ввозе сигарет и спиртных напитков предприятиями РПЦ или педерастическими похождениями католических патриархов. А, если поразмышлять об уголовных боевиках, то за последние три года лучше «Бумера» отечественные кинодеятели так ничего на эту тему и не слепили. Ну, так и лепите себе дальше, в русле, так сказать, традиций.
Нет, не хотят в русле. Хотят, словно перезрелая девственница, и рыбку съесть и на этом самом, ну, вы меня понимаете, поерзать. Итогом реализации этих фрустрированных амбиций и возникают, словно чертик из табакерки, вариации на следующие темы. «Режиссер переосмысливает привычную тему боевика, в результате чего центральной осью картины становится противостояние между Богом и людьми. Традиционные образы бандитов, которые в последнее время слишком часто появляются на широких экранах, получают в фильме неожиданное развитие: герои открывают для себя новые ценности, понимая, что помимо денег есть на свете более значимые вещи». Смешно… До колик… Покажите мне эти вещи, уважаемые. Если уж продюсеры центральных каналов вопят на разворотах газеты «Коммерсант»: «Самый первый фильм 2006 года собрал в прокате, бляяя, ...…», то никаких иных ценностей не существует. Доказано Центральным Телевидением. Но, поскольку, кому-то неймется пожать лавры первоцелинника Идеалов, то, транжиря на всякую чушь бюджетные деньги, можно заявлять о себе, как о пропагандисте идей бессеребренничества.
Итак, помоляся, продолжим. Проигравшись в дым, мелкий аферист, ударяется в бега от грузинских уркаганов, нанятых приобретателями карточного долга. Бежит наш герой ни куда-нибудь, а в сельскую тьмутаракань в обед к своему столетнему деду, обладающему тайными знаниями о хранящемся кладе. В местности, которую облюбовал для проживания бедный родственник, готовый дать дуба, присутствуют только два развлечения: нажраться в хлам и перекрестить лоб. Для реализации первой мечты на столах поселян всегда припасен местный первач. Второму удовольствию способствует монастырь, обретающихся на живописных брегах сельской речушки. Благолепие местности так действует на неудавшегося каталу, что он при помощи местного церковно-приходского священника прилагает все усилия для того, чтобы перевоспитать догнавших его бандюков, и, внушая им веру в Бога, отвратить от Золотого Тельца. Дедушка тем временем скоропостижно клеит ласты, открывая гонку за наследством.
Поистине сюрреалистическое наполнение придает фильму актерский состав, сотканный из лучших представителей «Ночного (дневного) дозора» и «Бумера». Мария Порошина и в дозорах-то, которые от безмозглого сюжета иногда спасали рисованные эффекты, не играла, а существовала в экране, выказывая исключительно свой глазомер (в смысле широко раскрытых глаз). В новом же фильме, у которого эффектов ноль, а идея глубоко антинародна, ее попытки изобразить душевные метания просто-таки смешат до колик. Самой же ураганной шуткой создателей стало приглашение на главные роли Владимира Вдовиченкова и Максима Коновалова. Поскольку в какой-то мере «Седьмой день» также является дорожной историей проникновения бандюков в российскую глубинку, то зрителю может показаться, что он смотрит недоделанное ответвление «Бумера», в котором Леха-Килла внедрил Костю-Кота в монастырь с целью развести лохастых попиков и стырить церковную черную кассу. Эх, если бы все это было так, то создателей «Седьмого дня» можно было бы даже зауважать. Увы, роль героя Вдовиченкова (отец Михаил) заключается в том, чтобы талдычить всем присутствующим в фильме о вечных духовных ценностях и обретении Бога в душе (не путать с ванной). Бандиты же, вместо того, чтобы пристрелить попика, достающего до печенок всю честну компанию, проникаются идеями благолепия и вступают в мучительную пору полового перерождения.
Ну, что еще можно сказать по поводу этого балаганчика. Уважаемые российско-грузинские соавторы, КЛАДЫ не передаются по наследству. Они по определению являются ГОСУДАРСТВЕННОЙ собственностью. Обнародовать же завещание может только НОТАРИУС, а уж никак не деревенский поп, на которого не нашлось своего Балды, дабы влепить ему три зеленых щелчка. (АСПУШКИН, наше всё). Честное слово, пословицей, с которой я покинул фильм «Седьмой день» стала фраза: «Хорошо, что коровы не летают». Не спрашивайте меня, почему. А еще мне после финала шоу очень захотелось прикупить и распространить порнобоевичок думца Митрофанова под названием «Юля» и посмотреть, как прототип Тимошенко колбасится в сауне с прототипом Сааккашвили. В отместку грузинам.
Игра Вдовиченкова и Белого на достаточном уровне
Уж лучше бы наши кинематографисты не пытались перевернуть мир, оставаясь в русле традиций. Вот, например, если цитировать киноленты, посвященные Церкви, то не грех вспомнить блистательную антиклерикальную комедию «Праздник Святого Йоргена». После этого можно снять кино о мелких жульничествах и прочих проделках святош, актуализируя их темами о беспошлинном ввозе сигарет и спиртных напитков предприятиями РПЦ или педерастическими похождениями католических патриархов. А, если поразмышлять об уголовных боевиках, то за последние три года лучше «Бумера» отечественные кинодеятели так ничего на эту тему и не слепили. Ну, так и лепите себе дальше, в русле, так сказать, традиций.
Нет, не хотят в русле. Хотят, словно перезрелая девственница, и рыбку съесть и на этом самом, ну, вы меня понимаете, поерзать. Итогом реализации этих фрустрированных амбиций и возникают, словно чертик из табакерки, вариации на следующие темы. «Режиссер переосмысливает привычную тему боевика, в результате чего центральной осью картины становится противостояние между Богом и людьми. Традиционные образы бандитов, которые в последнее время слишком часто появляются на широких экранах, получают в фильме неожиданное развитие: герои открывают для себя новые ценности, понимая, что помимо денег есть на свете более значимые вещи». Смешно… До колик… Покажите мне эти вещи, уважаемые. Если уж продюсеры центральных каналов вопят на разворотах газеты «Коммерсант»: «Самый первый фильм 2006 года собрал в прокате, бляяя, ...…», то никаких иных ценностей не существует. Доказано Центральным Телевидением. Но, поскольку, кому-то неймется пожать лавры первоцелинника Идеалов, то, транжиря на всякую чушь бюджетные деньги, можно заявлять о себе, как о пропагандисте идей бессеребренничества.
Итак, помоляся, продолжим. Проигравшись в дым, мелкий аферист, ударяется в бега от грузинских уркаганов, нанятых приобретателями карточного долга. Бежит наш герой ни куда-нибудь, а в сельскую тьмутаракань в обед к своему столетнему деду, обладающему тайными знаниями о хранящемся кладе. В местности, которую облюбовал для проживания бедный родственник, готовый дать дуба, присутствуют только два развлечения: нажраться в хлам и перекрестить лоб. Для реализации первой мечты на столах поселян всегда припасен местный первач. Второму удовольствию способствует монастырь, обретающихся на живописных брегах сельской речушки. Благолепие местности так действует на неудавшегося каталу, что он при помощи местного церковно-приходского священника прилагает все усилия для того, чтобы перевоспитать догнавших его бандюков, и, внушая им веру в Бога, отвратить от Золотого Тельца. Дедушка тем временем скоропостижно клеит ласты, открывая гонку за наследством.
Поистине сюрреалистическое наполнение придает фильму актерский состав, сотканный из лучших представителей «Ночного (дневного) дозора» и «Бумера». Мария Порошина и в дозорах-то, которые от безмозглого сюжета иногда спасали рисованные эффекты, не играла, а существовала в экране, выказывая исключительно свой глазомер (в смысле широко раскрытых глаз). В новом же фильме, у которого эффектов ноль, а идея глубоко антинародна, ее попытки изобразить душевные метания просто-таки смешат до колик. Самой же ураганной шуткой создателей стало приглашение на главные роли Владимира Вдовиченкова и Максима Коновалова. Поскольку в какой-то мере «Седьмой день» также является дорожной историей проникновения бандюков в российскую глубинку, то зрителю может показаться, что он смотрит недоделанное ответвление «Бумера», в котором Леха-Килла внедрил Костю-Кота в монастырь с целью развести лохастых попиков и стырить церковную черную кассу. Эх, если бы все это было так, то создателей «Седьмого дня» можно было бы даже зауважать. Увы, роль героя Вдовиченкова (отец Михаил) заключается в том, чтобы талдычить всем присутствующим в фильме о вечных духовных ценностях и обретении Бога в душе (не путать с ванной). Бандиты же, вместо того, чтобы пристрелить попика, достающего до печенок всю честну компанию, проникаются идеями благолепия и вступают в мучительную пору полового перерождения.
Ну, что еще можно сказать по поводу этого балаганчика. Уважаемые российско-грузинские соавторы, КЛАДЫ не передаются по наследству. Они по определению являются ГОСУДАРСТВЕННОЙ собственностью. Обнародовать же завещание может только НОТАРИУС, а уж никак не деревенский поп, на которого не нашлось своего Балды, дабы влепить ему три зеленых щелчка. (АСПУШКИН, наше всё). Честное слово, пословицей, с которой я покинул фильм «Седьмой день» стала фраза: «Хорошо, что коровы не летают». Не спрашивайте меня, почему. А еще мне после финала шоу очень захотелось прикупить и распространить порнобоевичок думца Митрофанова под названием «Юля» и посмотреть, как прототип Тимошенко колбасится в сауне с прототипом Сааккашвили. В отместку грузинам.