Немедленно после того, как синопсис фильма «Сволочи» перестал быть тайной, стало ясно, что создатели киноленты посягнули на скандал. А уж заявив о том, что в основе сюжета проекта, посвященного подготовке малолетних диверсантов-камикадзе в спецлагерях НКВД, лежат реальные события, автор сценария Владимир Кунин (Интердевочка, Хроника пикирующего бомбардировщика) и режиссер Александр Атанесян (24 часа) буквально открыли ящик Пандоры. Известно, что в преддверии премьеры, возбудившиеся ветеранские и прочие патриотические организации направили официальный запрос в ФСБ РФ о наличии подобного рода школ юного подрывника на территории СССР в военные годы. Официальный ответ был достаточно предсказуемым и не заставил себя долго ждать. Он гласил, что советские спецслужбы не использовали детский труд в диверсионно-подрывной деятельности, в отличие от немецко-фашистских захватчиков, направо и налево вербовавших детей на оккупированных территориях. Таким образом, Федеральная Служба Безопасности РФ выступила в качестве бесплатного пиар-менеджера Владимира Куниа, поскольку, если спецслужбы говорят, что ничего не было, значит что-то точно было и стоит это что-то обязательно увидеть собственными глазами.
Вероятно, испытывая сложности с наличием документальных подтверждений авторской гипотезы, Александр Атанесян в последний момент дал задний ход изначальному посылу и опроверг сам себя, заявив, что фильм представляет собой творческую авторскую интерпретацию реальных событий, подтверждений которым не обнаружено, но которые вполне могли иметь место в реальности.
Нашей целью не является вступление в спор pro – contra в альтернативе «Было – не было». Из детских лет в мою рецензента врываются образы персонажей нетленных сборников «Пионеры-герои» (в некоторых случаях значительно моложе 14 лет),которые сражались и умирали в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами. Участие детей в партизанском боевом движении не подвергается сомнению, а их горячечное желание достичь победы даже и ценой собственной жизни в современных условиях не может быть уже интерпретировано прямолинейно, исходя из официальных мифологем.
«А о чем, собственно, спор»? - может спросить зритель, еще не добравшийся до просмотрового зала со «Сволочами» на большом экране, - «Бог с ними, с политическими интерпретациями, фильм-то как»? Спрашивали – отвечаем. В 1943 году, как известно, уголовные наказания (вплоть до смертной казни) за совершенные преступления могли быть применены в том числе и к детям. Расстрельная санкция не делала поблажек на возраст расхитителей и убийц, а, поскольку молоху войны необходимо было постоянное пополнение пушечного мяса, то вместо ликвидации малолетних бандюков, их свозили в секретную диверсионную школу и пытались вымуштровать будущих террористов. После быстрого прохождения курса молодого бойца очередная партия подростков смертников отправлялась на задание, вернуться с которого не было суждено никому. Владимир Кунин, автор книги «Мика и Альфред», три главы которой стали основой для сценария, выступил в романе прототипом одного из героев, фактически заявив о своем пребывании в одной из таких школ.
Фильм рассказывает о четырехмесячном пребывании в горном лагере смертников партии малолетних головорезов, отправленных на задание после спецподготовки. Несколько человек в процессе естественной фильтрации погибнут, большая часть вступит в клуб неизвестных героев, а пара главных персонажей обеспечат кинопроекту поистине голливудский финиш.
Если расписывать рецензию на «Сволочей» с точки зрения классики российского кинематографа, то у этого фильма присутствуют как несомненно удачные находки, так и сомнительные успехи, разбавленные абсолютными ляпами. Обо всей этой эклектике мы сейчас и скажем несколько слов. К успехам проекта можно однозначно отнести актерскую игру Андрея Краско (старшина лагеря дядя Паша),Андрея Панина (начальник лагеря полковник Вишневецкий),молодых артистов Сергея Рыченкова (заключенный Тяпа) и Александра Головина (заключенный Кот). Если первый актерский дуэт, в противовес штампованным злому и доброму следователю, изображает двух мужчин на грани нервного срыва, осознающих всю античеловечность поставленной перед ними задачи, то второй тандем показывает героев, которым вовсе не хочется становиться таковыми. Эти детки, вообще-то, обычные бандиты, потрошащие людей, как кроликов, и вовсе не страдающие от ужаса содеянного. Не попав в эту передрягу, они так до конца войны преспокойно продолжали бы грабить и убивать мирных обывателей. Поэтому поездка в горы воспринимается нашими мальчиками, как способ откосить от наказания и выждать время для побега. Вот только на сей раз они попали в жернова сильной государственной машины, выбраться из которой не хватает человеческих сил. Именно эту ломку характеров, осознание неизбежности скорой смерти от рук не своих, так чужих, очень качественно изображают молодые актеры.
В процессе создания картины весьма достойно выступили композитор Аркадий Укупник, блеснувший совершенно неожиданными гранями своего таланта, а также оператор-постановщик Дмитрий Яшенков, зафиксировавший блистающую холодом красоту армянских (имитирующих казахские) хребтов.
Сомнительной удачей на наш взгляд является как сама идея фильма, так и ее эклектичное воплощение. Естественно, авторская интерпретация взгляда на театр военных действий и на античеловечную сущность тоталитарного государства, использующего детей в качестве пушечного мяса, имеет право на существование. Но поклонникам традиционно монументального изображения Великой Отечественной концепция Кунина и Атанесяна вряд ли придется по душе. Воплощая же эту идею, создатели решили соединить три сложносочленяемых элемента: антигосударственный (с точки зрения современника событий) базис, сказочную надстройку, воплощающую невероятную живучесть главных героев в боевых действиях, характерную для ультрапатриотического, государственнического кино, а также полностью оголливуденный финал, равный по штампам которому можно встретить только в зубодробительных американских боевичках.
Кроме того, как представляется, бюджет кинофильма не потянул полную реализацию всех авторских идей его создателей, а потому парашютные полеты диверсионной группы кажутся нарисованными при помощи строп и мощного вентилятора, дующего в лицо, а летающая машина для перевозки смертников выглядит, как анимационный глюк.
Начав наш труд за здравие, и продолжив его почти за упокой, мы хотим завершить его на достаточно оптимистичной ноте. Все дело в том, что, несмотря на очевидные просчеты, возникшие, из-за желания создать, во-первых, скандальный, а во-вторых, блокбастер, кинопроект «Сволочи» не производит впечатления неудачи. Какими-то разрозненными приемами акупунктуры, этот фильм иглоукалывает нервную систему зрителя, заставляя вновь и вновь обращаться к событиям киноленты после просмотра, оставляя долгое послевкусие. А может быть современная российская действительность, в которой основным законом давно стала не Конституция, а воровские правила: «Не верь, не бойся, не проси», давно приучила сопереживать именно тем, кто умирает, так и не познав «Ни любви, ни тоски, ни жалости».
Немедленно после того, как синопсис фильма «Сволочи» перестал быть тайной, стало ясно, что создатели киноленты посягнули на скандал. А уж заявив о том, что в основе сюжета проекта, посвященного подготовке малолетних диверсантов-камикадзе в спецлагерях НКВД, лежат реальные события, автор сценария Владимир Кунин (Интердевочка, Хроника пикирующего бомбардировщика) и режиссер Александр Атанесян (24 часа) буквально открыли ящик Пандоры. Известно, что в преддверии премьеры, возбудившиеся ветеранские и прочие патриотические организации направили официальный запрос в ФСБ РФ о наличии подобного рода школ юного подрывника на территории СССР в военные годы. Официальный ответ был достаточно предсказуемым и не заставил себя долго ждать. Он гласил, что советские спецслужбы не использовали детский труд в диверсионно-подрывной деятельности, в отличие от немецко-фашистских захватчиков, направо и налево вербовавших детей на оккупированных территориях. Таким образом, Федеральная Служба Безопасности РФ выступила в качестве бесплатного пиар-менеджера Владимира Куниа, поскольку, если спецслужбы говорят, что ничего не было, значит что-то точно было и стоит это что-то обязательно увидеть собственными глазами.
Вероятно, испытывая сложности с наличием документальных подтверждений авторской гипотезы, Александр Атанесян в последний момент дал задний ход изначальному посылу и опроверг сам себя, заявив, что фильм представляет собой творческую авторскую интерпретацию реальных событий, подтверждений которым не обнаружено, но которые вполне могли иметь место в реальности.
Нашей целью не является вступление в спор pro – contra в альтернативе «Было – не было». Из детских лет в мою рецензента врываются образы персонажей нетленных сборников «Пионеры-герои» (в некоторых случаях значительно моложе 14 лет),которые сражались и умирали в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами. Участие детей в партизанском боевом движении не подвергается сомнению, а их горячечное желание достичь победы даже и ценой собственной жизни в современных условиях не может быть уже интерпретировано прямолинейно, исходя из официальных мифологем.
«А о чем, собственно, спор»? - может спросить зритель, еще не добравшийся до просмотрового зала со «Сволочами» на большом экране, - «Бог с ними, с политическими интерпретациями, фильм-то как»? Спрашивали – отвечаем. В 1943 году, как известно, уголовные наказания (вплоть до смертной казни) за совершенные преступления могли быть применены в том числе и к детям. Расстрельная санкция не делала поблажек на возраст расхитителей и убийц, а, поскольку молоху войны необходимо было постоянное пополнение пушечного мяса, то вместо ликвидации малолетних бандюков, их свозили в секретную диверсионную школу и пытались вымуштровать будущих террористов. После быстрого прохождения курса молодого бойца очередная партия подростков смертников отправлялась на задание, вернуться с которого не было суждено никому. Владимир Кунин, автор книги «Мика и Альфред», три главы которой стали основой для сценария, выступил в романе прототипом одного из героев, фактически заявив о своем пребывании в одной из таких школ.
Фильм рассказывает о четырехмесячном пребывании в горном лагере смертников партии малолетних головорезов, отправленных на задание после спецподготовки. Несколько человек в процессе естественной фильтрации погибнут, большая часть вступит в клуб неизвестных героев, а пара главных персонажей обеспечат кинопроекту поистине голливудский финиш.
Если расписывать рецензию на «Сволочей» с точки зрения классики российского кинематографа, то у этого фильма присутствуют как несомненно удачные находки, так и сомнительные успехи, разбавленные абсолютными ляпами. Обо всей этой эклектике мы сейчас и скажем несколько слов. К успехам проекта можно однозначно отнести актерскую игру Андрея Краско (старшина лагеря дядя Паша),Андрея Панина (начальник лагеря полковник Вишневецкий),молодых артистов Сергея Рыченкова (заключенный Тяпа) и Александра Головина (заключенный Кот). Если первый актерский дуэт, в противовес штампованным злому и доброму следователю, изображает двух мужчин на грани нервного срыва, осознающих всю античеловечность поставленной перед ними задачи, то второй тандем показывает героев, которым вовсе не хочется становиться таковыми. Эти детки, вообще-то, обычные бандиты, потрошащие людей, как кроликов, и вовсе не страдающие от ужаса содеянного. Не попав в эту передрягу, они так до конца войны преспокойно продолжали бы грабить и убивать мирных обывателей. Поэтому поездка в горы воспринимается нашими мальчиками, как способ откосить от наказания и выждать время для побега. Вот только на сей раз они попали в жернова сильной государственной машины, выбраться из которой не хватает человеческих сил. Именно эту ломку характеров, осознание неизбежности скорой смерти от рук не своих, так чужих, очень качественно изображают молодые актеры.
В процессе создания картины весьма достойно выступили композитор Аркадий Укупник, блеснувший совершенно неожиданными гранями своего таланта, а также оператор-постановщик Дмитрий Яшенков, зафиксировавший блистающую холодом красоту армянских (имитирующих казахские) хребтов.
Сомнительной удачей на наш взгляд является как сама идея фильма, так и ее эклектичное воплощение. Естественно, авторская интерпретация взгляда на театр военных действий и на античеловечную сущность тоталитарного государства, использующего детей в качестве пушечного мяса, имеет право на существование. Но поклонникам традиционно монументального изображения Великой Отечественной концепция Кунина и Атанесяна вряд ли придется по душе. Воплощая же эту идею, создатели решили соединить три сложносочленяемых элемента: антигосударственный (с точки зрения современника событий) базис, сказочную надстройку, воплощающую невероятную живучесть главных героев в боевых действиях, характерную для ультрапатриотического, государственнического кино, а также полностью оголливуденный финал, равный по штампам которому можно встретить только в зубодробительных американских боевичках.
Кроме того, как представляется, бюджет кинофильма не потянул полную реализацию всех авторских идей его создателей, а потому парашютные полеты диверсионной группы кажутся нарисованными при помощи строп и мощного вентилятора, дующего в лицо, а летающая машина для перевозки смертников выглядит, как анимационный глюк.
Начав наш труд за здравие, и продолжив его почти за упокой, мы хотим завершить его на достаточно оптимистичной ноте. Все дело в том, что, несмотря на очевидные просчеты, возникшие, из-за желания создать, во-первых, скандальный, а во-вторых, блокбастер, кинопроект «Сволочи» не производит впечатления неудачи. Какими-то разрозненными приемами акупунктуры, этот фильм иглоукалывает нервную систему зрителя, заставляя вновь и вновь обращаться к событиям киноленты после просмотра, оставляя долгое послевкусие. А может быть современная российская действительность, в которой основным законом давно стала не Конституция, а воровские правила: «Не верь, не бойся, не проси», давно приучила сопереживать именно тем, кто умирает, так и не познав «Ни любви, ни тоски, ни жалости».