"..голос такой одинокий, что его нельзя не услшыать, и каждый, кто его услышат, будет рыдать в душе.."
Авторы восхитительных и музыкальных, понятных любому сердцу и взору "Микрокосмоса", "Генезиса" и "Птиц" одарили нас "Походом императоров" - историей одной трети года из жизни народа крайнего севера. Речь о пингвинах, но не только и них. Сквозь непосредственный трагизм организации быта и воспроизводства этих чудесных и гордых созданий, проступает и красота вечных льдов, сияний, недоступных нам, простым смертным, смерти во льдах, рождения в скалах, поэзия отречения и таинственного самопожертвования, песнь необъяснимой любви, забытой, искомой, дрожащей на самом краю выживания. Эти фильмы априори не воспринимаются как документальное кино, чему способствует и музыкальный ряд, столь же прозрачный и искристый, как скрипящий снег, столь же нежный, как новорожденные птенцы. Кино практически черно-белое, но яркое, объемное, увлекающее. Клювастые, одержимые птицы прекрасны, забавны, стремительны, рассказывают нам об утраченном одноэлементном счастье - счастье жить ради цели, умирать ради цели, достигать этой цели ценой невероятной и ничтожной одновременно, отражающейся в глазах голодных пингвинов, застывшей в морозном воздухе, светящейся такой очеловеченной нежностью во всей этой бесподобной картине. Не столь филигранно и технически совершенно, как "микрокосмос", не столь упоительно и горько, как "Птицы", но несомнено чутко, радостно, волшебно.
Авторы восхитительных и музыкальных, понятных любому сердцу и взору "Микрокосмоса", "Генезиса" и "Птиц" одарили нас "Походом императоров" - историей одной трети года из жизни народа крайнего севера. Речь о пингвинах, но не только и них. Сквозь непосредственный трагизм организации быта и воспроизводства этих чудесных и гордых созданий, проступает и красота вечных льдов, сияний, недоступных нам, простым смертным, смерти во льдах, рождения в скалах, поэзия отречения и таинственного самопожертвования, песнь необъяснимой любви, забытой, искомой, дрожащей на самом краю выживания. Эти фильмы априори не воспринимаются как документальное кино, чему способствует и музыкальный ряд, столь же прозрачный и искристый, как скрипящий снег, столь же нежный, как новорожденные птенцы. Кино практически черно-белое, но яркое, объемное, увлекающее. Клювастые, одержимые птицы прекрасны, забавны, стремительны, рассказывают нам об утраченном одноэлементном счастье - счастье жить ради цели, умирать ради цели, достигать этой цели ценой невероятной и ничтожной одновременно, отражающейся в глазах голодных пингвинов, застывшей в морозном воздухе, светящейся такой очеловеченной нежностью во всей этой бесподобной картине. Не столь филигранно и технически совершенно, как "микрокосмос", не столь упоительно и горько, как "Птицы", но несомнено чутко, радостно, волшебно.