Волшебная страна

РецензияГеннадия Краббе

Волшебная страна.

Джеймс Барри (Джонни Дэпп) - молодой писатель, состоит в браке с посредственной актрисой (Рада Митчелл). Его пьеса проваливается, жизнь не удалась, он идет бродить по городскому парку с собакой и блокнотом. И, о чудо, встречает четверых озорных мальчишек и их мать, овдовевшую Сильвию Льюэлин Дэвис (Кэйт Уинслетт).

Они быстро сходятся, дети называют его «Дядя Джеймс», а домой он теперь возвращается поздно вечером, целыми днями занимаясь с детьми. Мальчики (среди которых аутичный Питер) своей непосредственностью, незаурядными выходками, своими играми и мечтами, вдохновляют его написать книгу, которая быстро приобретает известность и в настоящее время считается классикой детской литературы.

Такой вот рафинированный сюжетец Марк Фостер берет за основу своего фильма. И он смотрится, как этакая «Педагогическая поэма», пересказанная мадам Добронравовой. Дети практически не дерутся, замкнутые мальчики начинают участвовать в общих играх, бесконечно нежная мама укладывает, прыгающих на кроватях детей спать, сказав: «Кто ляжет последним, тот будет волосатой жабой». Обычная для фильмов Miramax слащавость, не знает границ, а количество табуреточных приемов, направленных на выжимание слезы из зрителя, просто не поддается подсчету.

Все возможные здоровые (к прекрасной молодой вдове) и нездоровые (к маленьким мальчикам) мотивы в поведении Барри отринуты авторами, но какой - либо замены им не придумано. Деппа и Уинслетт, видимо просили, как можно меньше эмоций отражать на лице, чтобы не возникло столь нежелательной двусмысленности. Отсюда, у актеров есть всего два основных типа выражений лица либо - ноль эмоций, либо чудовищно растроганный вид.

Навязчивая стилизация под сказочный фильм, выражается в притянутых за уши ассоциациях, (скорее режиссера, чем самого писателя) якобы приведших его к созданию тех или иных образов в своей книге. Мальчики прыгают, а ему представляется, что они летят, строгая бабушка мальчиков, держащая в руке загнутую проволоку, превращается в Капитана Крюка и т.д. Фильм базируется на пьесе Алана Кни «Человек, который был Питером Пэном», которая несколько отступает от реальности, жестко подчеркивающей неправдоподобность столь идеально чистых историй.

На самом деле, когда Барри познакомился с мальчиками, Сильвия ещё не успела овдоветь, детей было не четверо, а пятеро и судьба их складывалась не самым удачным образом. Двое детей погибли в подростковом возрасте, один - совершил самоубийство, второй - был убит на первой мировой войне. А, собственно Питер, прыгнул под поезд в возрасте 60 лет, всю жизнь преследуемый незваной славой и называвший книгу, прототипом для которой являлся он сам, - «Ужасным шедевром». Ну что же, цитируя самого Питера Пэна: «Смерть, - это ведь самое настоящее большое приключение!»

______________________________________________________________________

РецензияКсении Антоновой

ЧУДО, КОТОРОГО НЕТ

Основные действующие лица и исполнители:

Джеймс Барри (Джонни Депп). Известный драматург, писатель. Хотел бы любить свою жену, да не получается. Искренне хотел бы помогать семье Дэвис, да не все его правильно понимают. Единственный его успех – пьеса, написанная о том, каким бы он хотел видеть себя и окружающий его мир.

Мари Энселл Барри (Рада Митчелл) – жена Джеймса Барри. Наивных фантазий мужа не разделяет. Заботится о вещах более реалистичных, как-то: социальный успех и материальное благосостояние семьи Барри.

Сильвия Льювелин Дэвис (Кейт Уинслет) – вдова, с четырьмя озорными детьми, находящаяся на содержании матери, но всячески старающаяся справляться самостоятельно. Серьезно больна, но дабы не беспокоить детей, признать болезнь отказывается, даже перед самой собой.

Питер, Джек, Джордж и Майкл - четверо сыновей Сильвии (соответственно,Фредди Хаймор, Джо Просперо, Ник Рауд и Люк Спилл). Шаловливые и порой неуправляемые мальчишки, которых Джеймс Барри учит ценить друг друга и верить в чудо.

Миссис Эмма дю Морьер (Жюли Кристи) – мать Сильвии. Олицетворение строгости, чопорности и властности сверкающего, но серого светского мира.

Вот незамысловатый набор персонажей, на котором выстроен не более изысканный сюжет фильма. Поток бальзама на душу зрителя не иссякает все 106 минут: сбывается, точно в волшебной стране, абсолютно все, что он задумывает (если он, конечно, дает себе труд думать). Первое же появление маленького Майкла, «запертого в крепости» своими братьями, дарит нам тонкий намек на то, что именно эти дети подтолкнут драматурга к написанию Шедевра; а первое же легкое покашливание Сильвии позволяет основательно подготовиться и к финалу всей истории. Патологическая предсказуемость, обшарпанность приемов, однако, соседствует с попытками сделать фильм Необычным и Захватывающим. Надежду дали кадры с включением ламп в театре перед началом пьесы – разряд электрического тока – и вот оно, началось! Но продолжения в том же духе не последовало, и можно было только гадать, уж не обрезки ли это лент «Мулен Руж», не понадобившиеся Базу Лурманну…

Марк Фостер разрывался между целями показать жизнь, полную разочарований, непонимания и обязательств – и заставить нас поверить в наивный, прекрасный и идеальный выдуманный мир. Только вот если задача показать жизнь вполне доступна, то вот ЗАСТАВИТЬ поверить, да еще и в нереальное, крайне трудно. Заставить легко разве что плакать или смеяться – реакция внешняя, вполне естественная и несложная, добиться которой можно методом действия по образцу: зал послушно всхлипывает в такт Кейт Уинслет и улыбается синхронно с Джонни Деппом. Только вот внутренняя проработка, глубокое понимание в таких случаях, к сожалению, начисто исключаются. И порой очень хочется перейти на позицию Питера, твердящего, что он не пират, а Питер, и ему так нравится. Кадры «волшебной страны» вызывают доверия не больше, чем Вини-Пух в образе тучки - у пчел.

В одном только месте наконец-то название себя начинает оправдывать, наконец-то чудо, о котором так долго говорили, появилось и незаметно шагнуло в обычную жизнь, стерев границы между фантазией и реальностью: то ли спектакль Барри, привезенный домой к Сильвии, переносится в сад, то ли все зрители оказываются в спектакле. И как красиво, грациозно, легко и не давяще показана смерть Сильвии – спокойно, без слез и истерик она просто уходит – уходит в Волшебную страну, в тот мир, в который может мысленно перенестись каждый – если только поверит… Тут бы и закончить, оставив зрителя наедине с мечтой отыскать в себе этот чудесный мир, отпустить бы его с наивной и детской верой в то, что и от него ушедшие близкие там, среди диковинных цветов и забавных фей… Но нет! А вдруг кто-то не поймет?!

Марк Фостер делает свой окончательный выбор: достоверность превыше всего – и показывает весь этот, прошу прощения, слезоточивый финал, разъясняя всё, до конца и во всех подробностях – для тех, кто не понял. Только вот последние слова в фильме, звучащие как напутствие зрителю: «Нужно только верить», - уже пролетают мимо ушей. Такова уж упрямая человеческая натура: мы предпочитаем считать, что придумываем нечто интересное сами, а не применяем навязанное. Поэтому такое усердное изображение чуда по всему ходу фильма воспринимается не как нечто волшебное и чистое, к которому следует стремиться, а просто, как средство описания взаимоотношений известного драматурга Джеймса Барри, его жены Мари Энселл Барри, его знакомой, вдовы Сильвии Льювелин Дэвис, ее четверых забавных и непослушных детей Питера, Джека, Джорджа и Майкла, их бабушки (матери Сильвии) светской львицы Эммы дю Морьер и еще десятка-другого героев третьего плана.

Фильм ориентирован на тех, кто любит проронить слезу-другую, сопереживая полюбившемуся персонажу; кто еще верит в чистые, не обремененные излишней эротикой отношения мужчины и женщины; и, безусловно, на интересующихся историей создания книги о Питере Пене. Хотя в последнем случае, возможно, полезнее просто почитать биографию Джеймса М. Барри – если, конечно, для этого найдется больше, чем полтора часа.