Проклятие

«Ночью, в черной-черной комнате засыпает маленькая девочка. Внезапно из радиоприемника начинают доноситься странные слова, произносимые тихим зловещим шепотом: «Маленькая девочка! Сейчас по улице едет черный-черный гроб. Он въезжает в твой подъезд. Он поднимается по черной-черной лестнице. Он уже на твоей лестничной клетке. Он въезжает в твою квартиру. Он – УЖЕ в твоей комнате». В комнату въезжает черный-черный гроб. Его крышка приподнимается и из гроба начинает подниматься черный-черный человек»… Именно такими страшилками мальчики младшего школьного возраста очень любят пугать девочек в летних лагерях или на праздновании Хеллоуина.

Фильмы ужасов, снятые японскими кинематографистами, до невозможности напоминают именно эти детские сказки, отображенные на большом экране. В отличие от заокеанских мастеров хоррора, азиаты не очень любят изображать расчлененные трупы, «резню бензопилой» или марширующих зомби. В фильмах, снятых в стране Восходящего Солнца, основной упор в создании атмосферы ужаса, делается не на физиологичном отображении кровавых сцен, а на попытке заставить зрителя придумать их самостоятельно. Кровавый маньяк или Баба–Яга могут так не разу и не появиться на киноэкране, зрителю вовсе могут не показать подробности человеческих смертей. Однако, сама атмосфера ожидания чего-то ужасного будет такова, что резко всплывающий звукоряд при изображении поворота головы героя на киноэкране может вызвать панику в зале.

Именно такую атмосферу ужаса пытается создать в зрительном зале режиссер фильма «Проклятие» Такаши Шимицу. Герои киноленты будут умирать по неизвестным причинам. Самым страшным для зрителя фактором будет не натуралистичное изображение смерти, а предчувствие ее неизбежности. Оседлав уже принесшего успех при прокате фильмов «Звонок», «Темные воды», «Звонок-2» конька, Шимицу вновь пытается повергнуть зрителей в ужас не действия, но атмосферы ожидания ужасных событий. Впрочем, ужаснуться видеозвукоряду, а не кровавым подробностям, могут только самые пугливые кинозрители.

В стародавние времена в одном домике произошло таинственное событие. Один нехороший человек убил собственную жену, оставив сиротой своего ребенка. Впрочем, ребенок загадочным образом исчез, не оставив после себя никаких следов. Проходит время, и в этом доме начинают умирать люди. При просмотре фильма у зрителя может создаться впечатление, что они умирают от страха, ведь перед самой смертью они видят таинственного маленького мальчика, который забирается в самые непролазные щели и смотрит на потенциальных жертв ужасными глазами. После этого очередная жертва впадает в ступор и умирает от паралича сердца. Впрочем, быть может, она умирает от склероза, поскольку забывает, как надо дышать, словно тот ежик, который забыл как дышать, и умер. Стоит, однако, вспомнить, что в отличие от жертв, павших смертью героя в этом фильме, ежик затем вспомнил, как дышать, и снова ожил.

Долго ли, коротко ли, но в доме, где когда-то от руки собственного мужа пала несчастная жертва, вскорости дадут дуба престарелая женщина, ее сын, его жена, его сестра, охранник в офисе его сестры, полицейский, когда-то расследовавший подобные случаи… и прочая, и прочая, и прочая.

Воспользовавшись опытом режиссеров фильмов «Помни» и «Необратимость», Такаши Шимицу не даст зрителю заскучать также при помощи способа изображения событий. Начавшись в настоящем, действие фильма может откатиться назад, чтобы более детально изобразить произошедшие ранее события, а затем ринуться в будущее.

В старом анекдоте про не вовремя вышедших на балкон старушек финальная фраза звучит, как «Вечерело. А, старушки все падали и падали». Квинтессенцией фильма «Проклятие» может быть мысль: «Смеркалось. А, гроб с черным человеком все колесил и колесил по улицам Токио в поисках очередной жертвы. Скоро вся Япония "двинула кони". И только маленькая девочка все никак не желала отдавать концы. Ведь черный человек в гробу приснился ей после грандиозной пьянки и был плодом ее больного воображения».

Игорь Михайлов