Паркер

Откровенно говоря, последние годы боевики мало приходилось смотреть – утомляет обилие бездумной стрельбы, погонь и единоборств в восточном стиле при почти полном отсутствии «плодотворной… идеи». Но тут всё-таки постановка Тэйлора Хэкфорда, уже ветерана Голливуда, известного по таким знаменитым фильмам как «Белые ночи», «Офицер и джентльмен», «Рэй»… И действительно, его новый фильм, как всегда, смотрится хорошо. Перечисленные выше атрибуты боевика присутствуют ровно столько, сколько необходимо, и не утомляют. Однако фильм навеял что-то другое…

Поставлен он по роману знаменитого автора криминальных романов Дональда Уэстлейка «Flashfire» («Вспышка»),главным персонажем которого является этот самый Паркер. Всего, кстати, Уэстлейк опубликовал про него две дюжины романов.

Здесь придётся сделать небольшой экскурс в историю кино. Ещё в конце 20-х – начале тридцатых годов первые звуковые фильмы Голливуда частенько обращались к исследованию побудительных мотивов людей, нарушающих закон, причём делали это в довольно откровенной форме. Однако неумолимый кодекс Хейса, принятый в 1934-м году, положил конец этим нюансам, и криминальные фильмы приобрели чёткий посыл: что плохо – плохо, а что хорошо – то хорошо, и «вор должен сидеть в тюрьме». Получалось когда хорошо, а когда и не очень, но нравственный посыл неуклонно соблюдался. Позднее Хичкок, а затем и многие мастера «нуара» в 40-е годы исследовали криминал с гораздо большей нюансировкой, но и здесь виновные всегда были с божьей или полицейской помощью наказаны, а невиновные – оправданы.

Затем наступили 60-е годы. Тут уже стали появляться французские картины – «Мелодии из подвала». «Сто тысяч долларов на солнце», «Сицилийский клан» (это только самые значительные). Здесь уже всегда присутствовала некая ироническая тональность, но злоумышленники опять-таки всегда были наказаны.

«Этапным», в некотором роде, явился фильм Нормана Джюисона «Афера Томаса Крауна». Хитроумный герой Стива МакКуина ловко уходил от своих преследователей, да ещё и ухитрялся попутно влюбить в себя следователя – великолепную Фей Данауэй. Да ещё под музыку Мишеля Леграна. И никакого натурализма – там он был не нужен. И как же обаятельны были герои картины (хотя то, что порок не наказан, это уже не есть хорошо – может, тогда и началось смещение понятий?)!

Стоп. Вот именно, обаятельны. Чего нельзя ни в коем случае сказать о Паркере в исполнении Джейсона Стэтхема.

Главный герой, как ни крути,- преступник. Пусть у него кодекс чести, пусть он убивает только при самообороне или в отместку, пусть он, как некий Робин Гуд, помогает неимущим – всё равно. Преступник. Причём жестокий. И фильм неуклонно отслеживает одну единственную линию: месть любой ценой. Отсюда и одномерность картины, нет здесь ни детектива, ни просто «саспенса» - всё и так ясно с первой и до последней сцены. Зато сцены убийства, хотя их, повторяю, не так уж и много, показаны с устрашающей живописностью. Причём у аудитории, так сказать, помоложе, они вызывали весёлый смех (?),хотя ничего от Тарантино или от Коэнов здесь нет и в помине – нет, всё на полном серьёзе.

Подумалось: если бы такой фильм вышел на наши экраны лет 40-50 назад. Вот бы пошлА писать губерния – от педагогов до политбюро. Запретили же невиннейшую «Великолепную семёрку»…

Правда, «Семёрку» смотрят с удовольствием до сих пор. А фильм «Паркер» лет через 40? Вопрос риторический…