Огни притона

РецензияИгоря Михайлова

Сони Одесской Кабирии…

Не дает покоя творческим людям первая древнейшая профессия… Речь не о том, конечно, что большая часть режиссеров, писателей, художников, не покладая член, похотливо бросается во все тяжкие с продажными девками (кое-кто с мальчуганами). Речь о том, что любят они преподнести нормальную нелегкую, прямо скажем, физическую работу по продаже тела, как искусство возлюбить ближнего своего… Причем, возлюбить не в физиологическом, а в самом что ни на есть идеалистическом смысле этого слова… даже дальнего возлюбить, как ближнего…

Ну, вспомним, к примеру, Сонечку Мармеладову…(Это Достоевский… «Преступление и наказание», для тех, кто в танке)… Уж как чиста и невинна была эта юная девица, уж просто ангел самопожертвования. И даже каторжане ее успели полюбить братской любовью, а не тем, чем Вы подумали… Или вот, к примеру, старика Феллини пригубить…Снимая «Ночи Кабирии», он не пожалел собственную жену Джульетту Мазину превратить в проститутку, алчущую счастья себе и окружающему миру… И, в общем, публика рыдала, а награды валились со всех сторон… Еще бы… Сочная молодая блядь, радующая прохожих свежестью и чистотой помыслов и продающая усладу при этом практически непорочно. Мечта поэта, блин, мужского пола…

К чему это я? Да нет же, вовсе не против мы легализации проституции, легких сами знаете чего (в Голландии русским туристам, правда, говорят, уже не подают) и прочих прелестей жизни. Вот только, когда, привлекая зрителя (читателя) немного жареной темой (ну как же, бордель на выезде),авторы кинолитературных композиций начинают втирать про разумное, доброе, вечное, в мозг врывается легендарное станиславское «Не верю»… Но в сущности, претензии к фильму «Огни притона» можно предъявить только при помощи этой реплики. А в остальном, прекрасные маркизы, слушайте и запоминайте…

Мама Люба с томным взглядом Оксаны Фандеры («Статский советник» и прочие фильмы о несчастной любви) руководит в раннехрущевской Одессе службой ненавязчивого сервиса по обслуживанию сексуально неудовлетворенных обычными дамами граждан. Бордель, состоящий из одной бандерши и двух цыпочек, можно вообще принять за клуб по интересам… Абсолютно свеженькие куртизанки ведут с гостями великосветские беседы, периодически квасят с ними вина и самогон, ржут, как лошади, и вообще ни разу не занимаются тем, ради чего и создаются публичные дома. Этакие гейши с одесским акцентом, понимаете, ли. В один прекрасный момент в дом терпимости заволакивается пацаненок, по совместительству, сын прокурора в отставке и с размаху втюхивается в хозяйку огней притона. Кроме всего прочего, где-то на горизонте у мамы Любы маячит в качестве жениха слепо-глухонемой капитан дальнего плавания. А еще на диком пляже наша героиня встречает городского сумасшедшего, то ли поэта, то ли пророка, гордо называющего себя Адамом Саваофовичем. Адам читает сложнопроизносимые вирши и часто говорит о приближении к небесам, как цели всего сущего, чем, вероятно, и привлекает внимание Любочки.

Еще у нее с мамой отношения сложные (Ада Роговцева даже в эпизодической роли с честью выносит нетленное звание народной артистки СССР). Еще бы они были простые. Мама-крестьянка, дочь – бизнесвумен по продаже крепких тел. Конфликт, понимаешь.

Ну, а дальше, под влиянием этих непростых отношений с окружающим миром на фоне красивой природы и двуличных поселян бомжеватого вида мама Люба начинает задумываться, а не послать ли к свиньям свой лихой бизнес, и не удалиться ли ей на покой. Вот только с кем… То ли с сыном прокурора… То ли с возвратившимся с путины капитаном… То ли с поэтом, в очередной раз залетевшим в дурку… Кого же осчастливить? Не дает ответа.

И вовсе даже мы не против этого фильма, как Вы можете подумать, зачитывая все вышеперечисленное… Если Вы хотите послушать, как велика и могуча украинская мова (а весь фильм снят практически на ней без всяких субтитров)… Если Вам приятно посмотреть, какие практически карденовские и дольчегаббановские наряды носили одесские аборигены в 1958 году… Если Вам мил одесский юмор (а от одной изюмины до другой запросто можно переваривать предыдущую, не заморачиваясь на сюжет)…Если при имени Мать Тереза Вы начинает плакать взахлеб и навзрыд, останавливаясь только при воспоминании о Ганди, который был еще более крут… И, наконец, если Вы хотите, отключившись от тяжести бытия, медитативно покачаться на волнах черного моря… Вы попали по адресу… Это Ваше кино…

Но многие могут просто заснуть.